WWW.KNIGA.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Онлайн материалы
 

«МОДИФИКАЦИЯ МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ ПОД ВЛИЯНИЕМ НОВЕЙШИХ ФАКТОРОВ ГЛОБАЛЬНОГО ТРАНСФОРМАЦИОННОГО КРИЗИСА Розглянуто нові характеристики розвитку сучасного світового господарства та фак ...»

УДК 339.9.01

В. С И Д Е Н К О,

член корреспондент НАН Украины

МОДИФИКАЦИЯ МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ

ПОД ВЛИЯНИЕМ НОВЕЙШИХ ФАКТОРОВ

ГЛОБАЛЬНОГО ТРАНСФОРМАЦИОННОГО КРИЗИСА

Розглянуто нові характеристики розвитку сучасного світового господарства та фак

тори його іманентної нестабільності у контексті уроків глобальної фінансово економічної

кризи 2008–2009 рр. і продовження пов’язаної з нею глобальної структурної кризи світо вого господарства.

Глобальный финансово экономический кризис 2008–2009 гг. – наиболее все объемлющий и глубокий со времен Великой депрессии – породил мощную волну исследований, в ходе которых авторы пытаются найти глубинные причины этого явления, обозначить главные механизмы распространения кризисов в условиях современной мировой экономики и спрогнозировать на этой основе будущие со бытия в русле глобального экономического развития. В таком контексте широкий резонанс получили публикации известных зарубежных специалистов, посвящен ные анализу причин и механизмов развития глобального кризиса 1. Появились но вые фундаментальные исследования истории кризисов, с выявлением того нового, что вносит в механизмы их возникновения нынешняя эпоха 2. Весомый вклад в изучение указанных вопросов сделали и отечественные исследователи 3, которые ищут ответы на глобальные вызовы для Украины. А эти вызовы для нашего госу дарства чрезвычайно масштабны, ведь национальная экономика в целом имеет См.: А т т а л и Ж. Мировой экономический кризис. Что дальше? М., “Питер”, 2009;



Доклад Стиглица. О реформе международной валютно финансовой системы. Уроки глобаль ного кризиса. М., “Международные отношения”, 2010; С т и г л и ц Д ж. Крутое пике. Америка и новый экономический порядок после глобального кризиса. М., “Эксмо”, 2011; С о р о с Д ж.

Первая волна мирового финансового кризиса. Промежуточные итоги. Новая парадигма финансовых рынков. М., “Манн, Иванов и Фербер”, 2010; Р у б и н и Н., М и м С. Нуриэль Рубини: как я предсказал кризис. Экстренный курс подготовки к будущим потрясениям. М., “Эксмо”, 2011.

См.: К и н д л б е р г е р Ч., А л и б е р Р. Мировые финансовые кризисы. Мании, паники и крахи. М., “Питер”, 2010; Р е й н х а р т К., Р о г о ф ф К. На этот раз все будет иначе. Восемь столетий финансового безрассудства. М., “Карьера пресс”, 2011.

См.: М а з у р е н к о В. І. Світові фінансові кризи та національна економічна безпека: тео рія і методологія. К., “Київський університет”, 2007; Б а р а н о в с ь к и й О. І. Економіка “миль них бульбашок”. “Економіка і прогнозування” № 4, 2008, с. 45–68; № 1, 2009, с. 7–23; Г а л ь ч и н с ь к и й А. С. Криза і цикли світового розвитку. К., “АДЕФ Україна”, 2009; Б у р а к о в с ь к и й І. В., П л о т н і к о в О. В. Глобальна фінансова криза: уроки для світу та України. Х., “Фоліо”, 2009; Ч у х н о А. Современный финансово экономический кризис: природа, пути и методы его преодоления. “Экономика Украины” № 1, 2010, с. 4–18; № 2, 2010, с. 4–13; А р т ь о м о в а Т. І. Методологічна анатомія глобальної фінансово економічної кризи. “Економічна теорія” № 2, 2011, с. 16–33; Н о с о в а О. О фундаментальных причинах финансовых кризисов и жизнеспособности финансовых рынков в современной форме. “Экономика Украины” № 4, 2011, с. 45–55; Розгортання фінансово економічної кризи в Україні у 2009 році: негативні на слідки та засоби їх пом’якшення: науково аналітична доповідь. НАН України; Інститут еконо міки та прогнозування. К., Ін т екон. та прогнозув. НАНУ, 2009.





вдвое больший, чем в среднем в мире, уровень зависимости от мирового хозяйства, измеряемый величиной внешнеэкономических потоков относительно ВВП.

Следует, однако, подчеркнуть: если в одних работах главное внимание сосредо точивается на ошибках в экономической политике и на сбоях в функционирова нии отдельных финансовых инструментов и институтов, то в других – на накоп ленных структурных диспропорциях и критически важных дисбалансах, которые могут обернуться кризисом и, в то же время, служить надежными индикаторами его приближения. Существует и третья, достаточно значительная, группа исследо вателей, которые опираются на исходный тезис об общесистемной неадекватности современного мирового хозяйства, органично связанной как с кардинальными структурными и технологическими сдвигами 4, так и с мощными геоэкономичес кими сдвигами 5. В русле этого направления анализа лежит также выполненное на рубеже 2009 и 2010 гг. международное исследование “Модели посткризисного раз вития: глобальная война или новый консенсус”, организованное Институтом пост кризисного мира (РФ), в котором принимали участие 247 экспертов из 53 стран мира, и в том числе автор этой статьи 6. Согласно указанному исследованию, мир, по сути, вступил в фазу системного перехода, в которой нестабильность становится имманентной чертой развития, где будут присутствовать как периоды ускорения коренных системных изменений с соответствующим разрушением старых струк тур, так и этапы более или менее уравновешенного эволюционного развития.

Возможно, на первый взгляд, такая широкая палитра мнений относительно природы и движущих сил глобального кризиса отражает неспособность найти его адекватную интерпретацию. Это может казаться парадоксальным, но, по мнению автора, доля истины существует в каждой из приведенных позиций, что, в свою очередь, отражает неоднозначный, многоаспектный характер происхождения совре менных кризисных явлений, их многоканальное и крайне противоречивое влияние на формирование будущего мировой экономики. Ни одна отдельно взятая теоре тическая концепция не способна дать исчерпывающего ответа на все вопросы, по рождаемые современным периодом кризисного развития. И лишь определенная комплексная парадигма, сочетающая в себе разные концептуальные подходы, мо жет приближаться к необходимому объяснению.

Таким образом, при анализе движущих сил современного этапа глобального развития абсолютно необходим широкий подход. Однако критически важным яв ляется и детальный анализ тех конкретных механизмов, которые именно приводят к прогрессирующей дестабилизации старой системы, одновременно создавая пред посылки для ее замещения новой системой мирохозяйственных отношений. Ведь незнание и неосознание действия таких механизмов обрекало бы на пассивное на блюдение, а следовательно, перефразируя Й. Шумпетера, и на неизбежное “нетвор ческое разрушение” – вместо реализации творческого обновления мирохозяйствен ных структур.

См.: Р а й х М., Д о л а н С. Глобальный кризис. За гранью очевидного. М., “Претекст”, 2010; В о е й к о в М. И., Г р и н б е р г Р. С., А б р а м с о н И. Г. Кризис: альтернативы будущего (глобальный контекст и российская специфика). М., “Культурная Революция”, 2010.

Особенно показательны в этом отношении публикации ряда известных российских ис следователей: К о б я к о в А. Б., Х а з и н М. Л. Закат империи доллара и конец “Pax Americana”.

М., “Вече”, 2003; Д е л я г и н М., Ш е я н о в В. Мир наизнанку. Чем закончится экономиче ский кризис для России? М., “Коммерсантъ”, “Эксмо”, 2009.

См.: Институт посткризисного мира. Модели посткризисного развития: глобальная вой на или новый консенсус: Международное исследование. Ноябрь 2009 – январь 2010, с. 114–115 (http://www.postcrisisworld.org).

По убеждению автора, в этом процессе следует принять во внимание приве денные далее фундаментальные тенденции, которые существенно модифицируют механизмы мирохозяйственного развития и создают основу для беспрецедентного накопления разного рода асимметрий, дисбалансов и противоречий внутри миро вой системы.

Одно из важнейших направлений такой модификации связано со все более выразительным проявлением нелинейности экономического развития. Традицион ная методология экономического анализа на протяжении длительного времени приучала экономистов к поиску в экономической действительности определенных устойчивых долгосрочных тенденций, экстраполяция действия которых на буду щее позволяет “предвидеть” те или иные параметры состояния экономики в буду щем. Именно на основе такого подхода нередко делаются преждевременные выво ды о существовании определенных экономических закономерностей, которые, как оказывается впоследствии, являются лишь свойствами развития на конкретных этапах и при определенных условиях, которые объективно сложились, но в буду щем могут измениться. Именно к таким процессам можно, на взгляд автора статьи, отнести и растущее открытие национальных экономик, и экономическую глоба лизацию, и нарастающее количество региональных интеграционных группировок, и увеличение доли услуг в структуре экономического обмена и доли высокотехно логичных товаров в структуре международной торговли. Как оказывается, все эти процессы имеют свои пределы и свои точки оптимума, после которых они неиз бежно спадают. В этом контексте нельзя не увидеть того, что на рубеже двух веков экономическая глобализация по неолиберальным рецептам достигла своего апо гея и в этой своей форме обречена на спад. А ее новая возможная волна в будущем должна быть уже качественно другим процессом.

Анализ уроков экономического развития за последние два десятилетия убеди тельно доказывает, что влияние глобализации экономики на структурные отрасле вые изменения на мировых рынках вовсе не носит строго линейного характера: рост экспорта импорта в одних отраслях и неуклонное относительное снижение роли других. И после 2000 г., когда был достигнут пик в развитии экономической глоба лизации, структурные приоритеты международного обмена несколько изменились.

Это связано с определенным возобновлением роли ряда традиционных видов про дукции (прежде всего, топливных материалов, руд и других ископаемых, а также изделий черной металлургии), рынки части которых (например, металлов) в 90 х годах находились в состоянии стагнации. При этом развитие торговли продукцией высокотехнологичных отраслей – главного динамизирующего компонента миро вой торговли в предыдущий период – стало характеризоваться тенденцией к сни жению динамики и рыночной доли поставок оборудования для электронной обра ботки данных и офисной техники, а также интегральных схем и электронных ком понентов, при повышении соответствующих характеристик по фармацевтике и стабилизации относительной доли научных и измерительных приборов.

Следовательно, в ходе развития глобальных рынков не наблюдается устойчи вого возрастания роли одних секторов экономики и снижения роли других. Скорее всего, мы сталкиваемся с волнообразным протеканием процессов реструктуризации международного обмена, когда некоторые отрасли могут расти на определенных этапах настолько быстро, что наступает перенасыщение мировых рынков их про дукцией и возникает спонтанная необходимость в структурной коррекции для вос становления оптимальных отраслевых структурных пропорций. Причем, в отли чие от подобных процессов перенасыщения рынков в прошлом (например, нака нуне кризиса 1929–1933 гг.), сегодня оно происходит в чрезвычайно короткий пе риод и носит не постепенный, а взрывной характер, – так что наступление этого перенасыщения трудно заблаговременно предвидеть, а следовательно, и эффек тивно предотвратить.

Именно такого рода коррекция стала одним из факторов глобального эконо мического спада в 2001–2002 гг. В ходе мирового финансово экономического кри зиса 2008–2009 гг. мы были свидетелями очередной волны этой коррекции, когда несколько снизились доли топлива и черных металлов, а также автомобильной про дукции, выпуск которых до сих пор имел исключительно высокие темпы роста. И наоборот, опять может вырасти доля высокотехнологичных рынков, на которые сегодня делают ставку как на “локомотивы” выхода из кризиса.

В современном мировом хозяйстве в результате развития глобализационных процессов происходит структурное усложнение экономики. В результате станов ления все новых глобальных институтов экономическая структура приобретает черты многоуровневости и взаимозависимости, а весомую роль в этой структуре играют глобальный и международный региональный уровни экономической де ятельности.

Глобальный уровень формируется ТНК, глобальными международными эконо мическими организациями, международными неправительственными организа циями и профессиональными сообществами. Его деятельность направлена на обес печение формирования и функционирования глобальных секторов и отраслей эко номики 7, глобальной инфраструктуры, глобальных норм и правил экономической деятельности, необходимых для глобально действующих структур производства и обмена.

В свою очередь, международный региональный уровень представлен межго сударственными торговыми блоками и региональными интеграционными объеди нениями, а также международными экономическими организациями, неправитель ственными организациями и сообществами, международными производственными системами и кластерами, действующими в региональном масштабе.

Однако национальный уровень и в условиях современной глобализации все еще продолжает оставаться главным структурообразующим, поскольку именно на нем осуществляется наиболее комплексное и широкое по сфере охвата регулиро вание максимально диверсифицированным макроэкономическим инструментари ем, тогда как инструментарий глобального и международного регионального уров ней все еще не носит (по крайней мере, на данном этапе развития глобализации и в обозримой перспективе) всеобъемлющего характера, а носит лишь частичный до говорной характер. Решения, принимаемые на глобальном и международном ре гиональном уровнях, даже в случае наднациональных органов региональных ин теграционных объединений, носят производный характер, поскольку в большинстве случаев формируются органами, состоящими из представителей суверенных на циональных государств. Глобальные и международные региональные институты формируются по мере нахождения консенсуса между разными культурными (а в случае глобализации – и общецивилизационным) контекстами.

Более того, по своей структуре глобальные и международные региональные уровни значительно менее стабильны и сбалансированы, а для взаимозависимос тей между отдельными элементами этих уровней свойственна более существенная изменчивость, чем на национально государственном уровне организации. В целом Глобальными (то есть такими, которые требуют глобальных рынков) являются все отрас ли, относящиеся к высокотехнологичным, а также отдельные средневысокотехнологичные от расли (например, автомобилестроение).

это обусловливает более выраженное проявление нелинейности в глобальном и международном региональном развитии 8.

Наиболее сложными в указанной иерархической структуре являются взаимо отношения государств и ТНК, которые, в отличие от международных регулирую щих организаций и объединений, достаточно автономны в своем поведении. При этом реальная власть ТНК основывается не только на транснационализированной собственности, но и на широко разветвленной системе межфирменных взаимоот ношений, которые позволяют в международном (глобальном) масштабе осущест влять координацию и контроль хозяйственных операций внутри географически рас средоточенных международных производственных систем. Последнее обстоятель ство практически не учитывается официальной статистикой, что влечет за собой серьезную недооценку реальной мощи ТНК, а также их влияния на экономичес кий рост и развитие.

Вообще глобализация не осуществляет какого то однотипного влияния на на циональную экономику: его результаты существенно разнятся в зависимости от достигнутого уровня развития, структурных особенностей и национальной экономи ческой политики. В одних случаях это приводит к расширению возможностей раз вития национальной экономики в рамках соответствующих транснационализиро ванных комплексов, в других – к ускоренному разрушению недостаточно конку рентоспособных национальных структур и, по сути, к выпадению национальной экономики из контекста глобализированной экономики, а в наиболее трудных – к ее маргинализации. Но всегда глобализация связана с повышенным риском расщеп ления национальных экономических комплексов, с их более или менее выраженной дезинтеграцией – как предпосылкой для интегрирования части национальных структур в рамках глобальных (международных) экономических комплексов.

В условиях глобализации происходит значительная модификация механизмов циклического развития экономики, и в том числе изменение механизмов вызревания и протекания экономических кризисов. В этом контексте за период наиболее интен сивного развития глобализационных процессов особенно выделялись приведен ные далее тенденции, которые и стали теми новейшими факторами, обусловивши ми развертывание в 2008 г. масштабного глобального кризиса.

1. Превращение финансовой сферы в такую, которая генерирует наиболее силь ные импульсы для экономической динамики, и одновременно в главный очаг глобальной экономической нестабильности.

Глобализация завершает процесс перехода роли главного двигателя экономи ки от промышленного капитала к финансовому, ускоряет превращение последнего в господствующую форму капитала, которая задает темп экономического роста, направляет структурные сдвиги в экономике и обусловливает накопление внутри экономической структуры диспропорций и асимметрий.

Современный глобальный капитал выступает финансовым как по собственному генезису, так и по основной целевой функции, ведь, лишь освободившись от огра ничений, свойственных конкретно отраслевой форме воплощения промышленно го капитала, приобретя новый уровень всеобщности, капитал смог раскрыть свою универсалистскую природу и стать важнейшим механизмом глобализации и харак терного для нее развития 9.

Последнее очень выразительно подтверждается нынешним финансовым кризисом вну три ЕС.

Анализ превращения финансового капитала в ведущий фактор синергетического роста см.: Е в с т и г н е е в а Л. П., Е в с т и г н е е в Р. Н. Экономический рост: либеральная альтерна тива. М., “Наука”, 2005.

Как следствие, кризисы эпохи глобализации приобретают характеристики финансово экономических кризисов, что выразительно проявилось в кризисах 1997–1998 и 2008–2009 гг., а также в рецессии 2001–2002 гг. При этом ведущая роль финансового сектора экономики в генерировании циклических колебаний и в про текании кризисных явлений обусловлена, прежде всего, следующими факторами.

Во первых, именно сфера финансовых рынков стала аванпостом глобализа ционных процессов, поскольку именно здесь возникли действительно всемирные рынки, которые сформированы вокруг глобально связанной рыночной инфраструк туры, функционирующей в режиме реального времени, и где оперируют, главным образом, не просто транснационализированные, а именно глобализированные субъекты рыночной деятельности (коммерческие и инвестиционные банки, хедж фонды, пенсионные и взаимные фонды, страховые компании).

Ведь обычное по нятие “ТНК” не улавливает того существенного отличия, что, если транснациона лизированные субъекты экономики являются национальными субъектами хозяй ственной деятельности, которые скорее всего вышли за национальные рамки, то глобализированные экономические агенты в существенной мере утрачивают тес ную связь с национальной экономикой: для них глобальность – не какая то аб стракция, а настоящая реальность, структурирующая их поведение.

Значительное опережение процессами финансовой глобализации глобализа ционных процессов в реальном секторе экономики влечет за собой растущий ин ституциональный разрыв между ее реальным и финансовым секторами (см. данные рисунка 1 о доминировании на мировом рынке валютных операций над торговы ми), превращаясь тем самым в важнейший источник повышенной экономической нестабильности.

Во вторых, и те ТНК, которые относятся к нефинансовым, в большинстве слу чаев по мере глобализации их деятельности все чаще опираются на финансовые механизмы контроля и управления для обеспечения единой корпоративной стра тегии развития, предоставляя местным филиалам все более широкую автономию в вопросах производства и маркетинга, обеспечения материальными и трудовыми ресурсами. И в данном случае мы также сталкиваемся с потенциальным разрывом финансовых и материальных производственных потоков, что, в свою очередь, уси ливает экономическую нестабильность.

2. Растущая виртуализация рыночных механизмов, приводящая к отрыву важных экономических параметров – предложения денег, цен и валютных курсов – от реаль ной экономической основы, что существенно усиливает нестабильность.

В значительной степени процесс виртуализации рыночных механизмов явля ется положительным и строится на объективной основе растущего распростране ния новейших ИКТ, которые порождают или делают возможными важные органи зационные инновации в бизнесе (включая новые формы международной рыноч ной деятельности).

В этом контексте достаточно характерны появление и распространение так называемых “гибких сетей бизнеса” (flexible business networks) на базе компаний, ко торые владеют лишь ограниченными или вообще не владеют собственными произ водственными мощностями, но обеспечивают функционирование глобальной структуры на основе собственности на бренд (знак для товаров и услуг), концен трации у себя исследований и разработок, необходимых для обеспечения динамич ной конкурентоспособности и оперирования системой субподрядов и франшиз, размещаемых по принципу минимизации издержек при условии соблюдения кор поративных стандартов качества. Предусматривается, что именно эти гибкие биз нес компании (приближающиеся к тому, что в литературе называется “виртуаль ные фирмы”, “бестелесные корпорации”, “организации сотовой сети” и т. п.) мо гут получить широкое распространение в таком наукоемком бизнесе, как электро ника, компьютерное программирование, биотехнологии, проектирование и инжи ниринговые услуги, здравоохранение 10.

Однако этот общий процесс повышения гибкости рыночных механизмов име ет и важные побочные последствия отрицательного характера, что особенно вырази тельно проступает на примере неконтролируемого – по сути, злокачественного – разрастания глобального рынка финансовых деривативов.

Так, по данным Международного банка расчетов в Базеле 11, лишь за 2 года с июня 2006 г. по июнь 2008 г. – период, непосредственно связанный с вызреванием предпосылок для глобального финансово экономического кризиса, – общий объем внебиржевого рынка финансовых деривативов вырос с 370 трлн. до 684 трлн. дол.

Последний показатель в 12,2 раза превышал объем мирового ВВП (55,9 трлн. дол.

за 2007 г. 12). Если же к этим 684 трлн. дол. прибавить еще 81 трлн. дол. биржевого рынка деривативов (по состоянию на март 2008 г.), то такое соотношение составит 13,7:1. Как следствие невиданного разрастания фиктивного капитала, если в 1973 г.

объемы валютных операций на мировом рынке превышали объемы мировой тор говли товарами всего лишь в 2 раза 13, то в 2007 г. такое превышение достигло 87, а в 2010 г. – 95 раз. По отношению к экспорту товаров и услуг это превышение соста вило, соответственно, 70 и 77 раз (рис. 1).

Как свидетельствуют приведенные данные, глобальный спад 2008–2009 гг. не изменил долгосрочную тенденцию к существенному опережению роста валютных операций: если в апреле 2007 г. их ежедневный объем составлял 3,3 трлн. дол., то в апреле 2010 г. – уже 4 трлн. дол. Трансграничная торговля валютой начала занимать беспрецедентно высокую долю в общей структуре операций на глобальных валют ных рынках – 65%, хотя и произошло изменение этой структуры за счет ускорен ного распространения операций “спот” и относительного уменьшения доли опе раций с разного рода деривативами 14.

Подобное разрастание фиктивного капитала, в котором ведущую роль играли организаторы внебиржевого оборота деривативов – крупнейшие транснациональ ные инвестиционные банки (характерно, что именно они стали ключевыми в транс формации финансового кризиса в экономический), способствовало расширению предложения денег и снижению стандартов безопасности кредитования путем пере хода к так называемым “субстандартным” (subprime) ипотечным кредитам.

Разбухание ликвидных активов, стимулируемое “деривативной революцией”, имело крайне важные последствия для всей системы кредитования. В этих услови ях, как на дрожжах, начали расти цены на недвижимость, рынки которой также столкнулись с виртуализацией спроса. При этом, как уже показал более ранний опыт восточноазиатских стран во второй половине 90 х годов и подтвердил новый См.: D i c k e n P. Global Shift: Reshaping the Geoeconomic Map in the 21st Century. New York – London, “The Guilford Press”, 2003, p. 265.

См.: Bank for International Settlements. “BIS Quarterly Review”. December 2008. Statistical Annex, р. A103 (http://www.bis.org/press/p081208.htm).

См.: World Bank. World Development Indicators database (http://data.worldbank.org/data catalog).

См.: К у в а л д и н В. Глобальность: новое измерение человеческого бытия. В кн.: Грани глобализации: Трудные вопросы современного развития. М., “Альпина Паблишер”, 2003, с. 53.

См.: Bank for International Settlements. Report on global foreign exchange market activity in 2010: Triennial Central Bank Survey. Basel, BIS, December 2010, p. 6 (http://www.bis.org/publ/ rpfxf10t.htm).

опыт в условиях кризиса 2008–2009 гг., особая опасность такого неконтролируемо го роста связана с тем, что недвижимость выполняет роль обеспечения при ипотеч ном кредитовании, а следовательно, искусственная переоценка ее стоимости – пря мой путь к разрушению изнутри финансовой стабильности национальной (как и глобальной) банковской системы.

млрд. дол.

Годы

– валютные инструменты (в целом)

– экспорт товаров и услуг 1 – сделки с наличной валютой – спот (spot) 2 – форвардные сделки аутрайт (outright forwards) 3 – валютообменные свопы (foreign exchange swaps) 4 – валютные свопы (currency swaps) 5 – опционы и другие продукты (options and other products) Рис. 1. Динамика средних ежедневных объемов валютных и торговых операций на мировых рынках Источник: Рассчитано и составлено автором на основе: Bank for International Settlements. Report on global foreign exchange market activity in 2010: Triennial Central Bank Survey. Basel, BIS, December 2010, p. 7 (http:// www.bis.org/publ/rpfxf10t.htm); World Trade Organization. International Trade Statistics 2009. Geneva, WTO, 2009, p. 181, 189; World Trade Organization. International Trade Statistics 2010. Geneva, WTO, 2010, p. 181, 189;

WTO Statistics Database (http://www.wto.org/english/res_e/statis_e/statis_e.htm).

Виртуальность все больше становится характеристикой и процессов ценооб разования на товарных рынках. Ведь в условиях автономии финансового сектора и его растущего отрыва от реальной экономики цена как точка равновесного состоя ния рыночного спроса и рыночного предложения выражает уже не столько дина мику производственных затрат и реальных потребительских нужд, сколько процесс ожидания дальнейших изменений в ценах и возможности получить от этого при быль или убыток. Никакими процессами в реальном секторе нельзя, например, объяснить экономическую мотивацию динамики цен на нефть (табл.), которые то взлетают в среднем с 70,1 до 132,5 дол. за баррель (с августа 2007 г. по июль 2008 г.), то безудержно падают (с июля по декабрь 2008 г.) до отметки 41,5 дол. 15. В таких условиях динамика цен является непредсказуемой, поскольку в большей степени Средняя величина для разных сортов: U.K. Brent (легкая нефть), Dubai (средняя), West Texas Intermediate (тяжелая) (см.: База данных UNCTADStat. Free market commodity prices, monthly (http://unctadstat.unctad.org)). В этот период максимальный показатель цен на нефть достигал почти 150 дол., а минимальный лишь немного превышал 30 дол.

предрасположена к влиянию психологического фактора, чем объективных эконо мических факторов 16.

Сопоставление темпов изменений на мировом нефтяном рынке в 2007–2011 гг.

(% в годовом исчислении) * Разница между спросом и предложением как % от мирового спроса.

** Средняя величина для разных сортов: U.K. Brent, Dubai, West Texas Intermediate.

Источник: Составлено автором на основе данных: International Monetary Fund. World Economic Out look. April 2011, p. 33, 197.

Таким образом, эволюция мирохозяйственных механизмов в направлении по вышения роли параметров гибкости начала носить явно асимметричный характер, то есть гибкость обеспечивается за счет предсказуемости и, в конечном итоге, эко номической безопасности. И это ставит вопрос о чрезмерной цене гибкости.

3. Усиление значения неэкономических факторов в развитии циклической динамики.

В таком контексте речь идет, прежде всего, о возрастающем влиянии потоков информации и связанного с ним явления асимметрии информации у разных участ ников рынка, о повышении роли фактора доверия и связанных с ним ожиданий.

Частично это подтверждается приведенным примером с динамикой цен на нефть.

Но такая тенденция, очевидно, имеет более общее действие, которое нарушает нор мальное, эндогенно обусловленное течение циклов и делает колебания мало пред сказуемыми.

Прогрессирующее становление информационного общества приводит к значи тельному расширению потоков информации и возможностей моментального досту па к самым разным информационным ресурсам. Но этот процесс имеет и серьезные отрицательные аспекты. Скорость распространения информации существенно опе режает потенциал ее рациональной обработки. Поэтому информатизация вовсе не ведет автоматически к формированию рациональных ожиданий и рациональных моделей экономического поведения. Одновременно растет опасность манипулиро вания сознанием со стороны мощных ТНК, оперирующих в среде масс медиа.

Между тем развитие глобализации связано с повышением степени открытости в функционировании экономических систем, а следовательно, с существенным ростом в рамках каждой отдельной страны роли экономических агентов происхож дением из других культурных сообществ. Механизмы формирования и поддержа ния доверия в такой гетерогенной среде серьезно усложняются, а возможности воз никновения разного рода иррациональных панических действий, спровоцирован ных непониманием и недоверием, – значительно расширяются.

В силу этого заслуживает внимания то обстоятельство, что мировой кризис 1997–1998 гг.

зародился в Восточной Азии при достаточно благоприятных макро экономических показателях в странах региона, что, впрочем, не помешало воз Не случайно прогноз МВФ относительно динамики цен на нефть в 2011 г., базирующий ся на обобщении наиболее авторитетных источников в этой сфере, всего лишь за 3 месяца (с января по апрель) выявил колоссальную ошибку в 22,2 процентного пункта: вместо предска занных ранее 13,4% роста теперь приводятся 35,6% (см.: International Monetary Fund. World Economic Outlook. April 2011. Washington, D.C., IMF, 2011, p. 2).

никновению панических настроений у инвесторов, обеспокоенных чрезмерным на коплением долгов в коммерческом секторе. Достаточно показателен и пример с банкротством американского инвестиционного банка “Lehman Brothers”, которое, будучи в принципе нормальной рыночной процедурой, в данном случае стало мощ нейшим отрицательным психологическим фактором и толчком к быстрому рас пространению по всему миру кризисных явлений, вызревших внутри США. При этом меры американского правительства абсолютное большинство участников рынка за пределами США толковало не как шаг на пути к стабилизации, а как попытку переложить ответственность за собственную невзвешенную финансовую политику на остальной мир. Такой кризис доверия не мог не породить глобальный спад, наибольший за весь период после окончания Второй мировой войны.

Более того, поскольку принятые до сих пор меры по ликвидации последствий глобальных потрясений 2007–2009 гг. все еще не обеспечили достаточного уровня осознания стратегической правильности действий, то мы сегодня сталкиваемся с тлеющими очагами финансовой нестабильности внутри региона наиболее эконо мически развитых стран. Последние за период борьбы с кризисом значительно уве личили государственный бюджетный дефицит и долги: дефицит фискального ба ланса правительств этой группы стран вырос с 2,1–2,3% ВВП в 2006–2007 гг. до 9,9% в 2009 г., валовой государственный долг в США – с 61,7% в 2005 г. до 100% в 2011 г. (по прогнозам, в 2012 г. соответствующий показатель достигнет 105%), в зоне евро – с 70,3% в 2005 г. до 88,6% в 2011 г. (с ожиданием в 2012 г. 90%) 17. Естественно, это не может не подрывать доверия к мерам правительственного регулирования, о чем четко свидетельствуют те финансовые проблемы, с которыми сегодня сталки вается целый ряд стран – членов ЕС и зоны евро.

4. Усиление синхронизации экономических циклов и механизмов “взаимного зара жения” при возникновении локальных кризисных явлений.

Резко возрастающая степень многоканальной взаимной зависимости через рынки товаров, услуг и капиталов, а также все более совершенные средства взаим ной коммуникации национальных экономик приводят к практически моменталь ному перетеканию колебаний в другие страны и обусловливают достаточно выра женную связанность циклических колебаний темпов экономического роста во всех основных группах стран мира (рис. 2). В этих условиях от кризисных явлений могут страдать даже те государства, которые, казалось бы, находятся в благоприятном положении с точки зрения наличия ресурсов для развития и состояния своего внеш него баланса. Ярким примером такой зависимости в 2008–2009 гг. стала экономика Российской Федерации, владеющей одним из крупнейших в мире золотовалют ным резервом.

Указанная особенность вовсе не означает, что все страны мира в одинаковой или близкой степени восприимчивы к распространению кризисных явлений из других стран. Ведь даже тогда, когда в 2009 г. экономики развитых стран “упали” на 3,7% своего ВВП (в ЕС – на 4,2%, в Японии – на 6,3%), в регионе СНГ такое падение стало наиболее выраженным и составило в среднем 6,4% (в том числе в России – 7,8% и в Украине – 14,5%); в Латинской Америке оно было более умеренным – 1,7%; страны Африки удержали минимальные положительные темпы роста, а дина мичные страны Азии продемонстрировали +7,2% 18.

В то же время можно выделить страны и группы стран с более выраженными колебаниями, чем в среднем в мире (Япония, страны Центральной и Восточной См.: International Monetary Fund. World Economic Outlook. September 2011, p. 192.

См.: т а м ж е, p. 178, 182.

Европы, страны СНГ 19). Очевидно, это может стать базой для вывода о том, что в условиях глобальной взаимозависимости страны, имеющие в своей внутренней структуре уязвимые места (такие, например, как недостаточное качество рыноч ных институтов, слабость внутренней финансовой системы, ограниченный потен циал спроса на внутреннем рынке или профиль международной специализации, связанный с повышенной зависимостью от мировых конъюнктурных колебаний), будут ощущать более сильные колебания динамики ВВП. В любом случае глобали зация на нынешнем этапе ее развития не обусловливает полную гомогенизацию параметров циклического роста.

Темпы роста ВВП (%)

–2

–4

–6

–  –  –

5. Перемещение центра тяжести в механизмах распространения циклических колебаний из сферы торговли в сферу движения ликвидных капиталов, а также пре вращение ТНК в ведущих “агентов цикличности”.

Следствиями этого процесса являются существенное ускорение перетекания циклических колебаний и сужение возможностей стран, являющихся нетто импор Внутри этого региона существуют значительные отличия: так, в 2009 г., при общей кри зисной динамике в регионе в целом (падение на 6,4%), высокие положительные темпы наблю дались в Азербайджане (9,3%), Туркменистане (6,1%) и Узбекистане (8,1%) (см.: International Monetary Fund. World Economic Outlook. September 2011, р. 182).

терами краткосрочных капиталов, влиять на такие колебания. При этом, очевидно, возможны разные варианты механизма такого влияния, в числе которых выделяются:

– отход накануне кризисов краткосрочных капиталов (“горячих денег”) нере зидентов за рубеж путем продажи принадлежащих им ликвидных ценных бумаг;

– выведение резидентами своих капиталов за пределы страны (в более без опасные финансовые гавани), с использованием скрытых механизмов (прежде все го, трансфертного ценообразования), а также манипулирования условиями плате жей по коммерческим контрактам;

– централизация материнскими компаниями ТНК финансовых потоков в усло виях нехватки ликвидности, вызывающая финансовое “обескровливание” зарубеж ных филиалов – через манипулирование инструментами внутрифирменных креди тов, условиями репатриации прибылей, пересмотра инвестиционных планов и т. п.;

– отказ в рефинансировании ранее образовавшейся кредитной задолженнос ти, влекущий за собой массированный отток финансовых ресурсов из страны.

Потенциальное мало контролируемое трансграничное перемещение гигант ских масс капитала в периоды усиления неопределенности и утраты доверия к эко номической политике (рис. 3) способно повлечь за собой скачкообразное изменение курсов национальных валют, что, в свою очередь, может одновременно радикально изменять условия экономического обмена – торговли и инвестиционной деятель ности, а также обслуживания накопленных долгов. Это значительно повышает вола тильность основных финансовых параметров 20, в разы увеличивает экономические риски и способно серьезно нарушать “нормальный” ход экономического цикла.

млрд. дол.

–500

–1000 Годы

– США

– Япония

– Великобритания

– зона евро

– страны с формирующимися рынками и развивающиеся страны Рис. 3. Динамика портфельных и других* инвестиций в разных регионах в 1999–2009 гг.

* К другим инвестициям относятся торговые кредиты, кредиты финансовых учреждений, валютные счета и депозиты, другие активы.

Источник: Составлено автором на основе: International Monetary Fund. Global Financial Stability Report:

September 2011: Statistical Appendix. Washington, D.C., IMF, 2011, p. 16–17 (http://www.imf.org/External/ Pubs/FT/GFSR/2011/02/pdf/statappx.pdf).

6. Становление механизмов скоординированной глобальной антикризисной поли тики, осуществляемой при прямом участии глобальных регулирующих институтов.

Об этом убедительно свидетельствуют данные, содержащиеся в: International Monetary Fund. Global Financial Stability Report: Durable Financial Stability: Getting There from Here. April 2011: Summary Version. Washington, D.C., IMF, 2011, 197 p. (http://www.imf.org/external/pubs/ft/ gfsr/2011/01/index.htm).

Начиная с кризиса 2008–2009 гг., эта тенденция обусловливает институциона лизацию глобальных антициклических механизмов при помощи принятия согла сованных глобальных принципов антикризисной политики, которые в настоящее время вырабатываются в рамках “Группы 20”, “Группы 8”, ООН и глобальных фи нансовых институтов, а также формирования новых регулирующих институтов, к которым следует отнести, прежде всего, Форум финансовой стабильности, позже преобразованный в Совет финансовой стабильности.

К общепризнанным сегодня принципам относятся: необходимость тесной ко ординации действий и недопустимость односторонних действий, наносящих ущерб другим участникам мировой экономики; неприменение протекционизма и обеспе чение свободы движения товаров, услуг и инвестиций; обеспечение большей управ ляемости экономических процессов (и прежде всего, относительно регулирования международных финансовых рынков), создание соответствующих систем раннего предупреждения о возможных глобальных дисбалансах и кризисных ситуациях; обес печение законности, “прозрачности” и подотчетности национальных и международ ных финансовых операций, а также недопущение уклонения от уплаты налогов; кар динальное реформирование ведущих МФО – с тем, чтобы они могли эффективно выполнять функции глобального регулирования и содействия развитию; выделение развивающимся странам большего объема ресурсов в помощь в развитии и на осу ществление антикризисных мер; формирование новой этики бизнеса (и в частности, социальной ответственности корпораций); акцентирование внимания на важности социальных и трудовых вопросов в комплексе антикризисных мер 21.

Сегодня каждая страна и каждая региональная группировка должны учиты вать указанные глобальные принципы при формулировании собственной полити ки развития. И от степени такого учета в значительной мере зависят не только воз можности согласования приоритетов развития национальных и мировой эконо мик, получения положительных эффектов от глобализации и формирования прогрессивного профиля включения в мировое хозяйство, но и эффективное пред отвращение разрушительных последствий глобальных кризисов и дисбалансов.

К сожалению, что касается практического воплощения указанных принципов, то за последние 2 года наблюдался лишь незначительный реальный прогресс, и уро вень взаимодействия остается неудовлетворительным. Ведь наиболее развитые стра ны, которые ранее больше всех выиграли от глобализации, не торопятся уступать хотя бы часть собственных позиций и радикально изменять модель своего поведе ния в рамках глобальной экономики. А следовательно, вопросы кардинального ле чения нынешних болезней мировой экономики после окончания острой фазы кри зиса в 2009 г., похоже, были отложены на будущее.

В этом контексте серьезное значение имели дискуссии во время Всемирного экономического форума в Давосе 2012 г., который состоялся под лозунгом “Вели кая трансформация: формирование новых моделей” 22. Участники форума пришли к консенсусу в том, что в условиях роста глобальных рисков уже время переходить от слов к действиям и активно вводить новые модели экономического роста (на основе стимулирования создания рабочих мест, ликвидации чрезмерных диспаритетов в См.: Генеральная Ассамблея ООН. Итоговый документ Конференции по вопросу о ми ровом финансово экономическом кризисе и его последствиях для развития. Документ A/RES/ 63/303, 13 July 2009; G 8 Summit 2009. Declaration on Responsible Leadership for a Sustainable Future (http://www.g8italia2009.it/G8/Home/G8 G8_Layout_locale 1199882116809_Atti. htm); G 20 London Summit 2009. Global plan for recovery and reform (http://www.londonsummit.gov.uk/ resources/en/news/15766232/communique 020409).

См.: World Economic Forum Annual Meeting. The Great Transformation: Shaping New Models.

Davos Klosters, Switzerland, 25–29 January, 2012 (http://www3.weforum.org/docs/AM12/WEF_ AM12_Report.pdf).

доходах и искажений в системе мировой торговли, обеспечения поддержки экоси стемам), производства (с приоритетным акцентом на “зеленые” технологии, инфра структуру и здравоохранение), занятости, управления, потребления (с акцентом на его качество, а не количество), обеспечения устойчивого развития энергетического сектора, интеллектуально емкого роста на базе современных технологий, и наконец, разработки технологически новых моделей ответов на глобальные вызовы.

Это, вне сомнения, свидетельствует, что в мире концептуально вызревают сдвиги эпохального масштаба, направленные на становление в перспективе качественно но вой мировой экономики, которая будет строиться на общечеловеческих ценностях.

Осуществленный анализ позволяет сделать следующие выводы:

1. Современный период развития мировой экономики чрезвычайно способ ствует углублению понимания его как нелинейного, циклического, волнообразно го процесса, в котором отдельные тенденции прошлого, ранее провозглашавшиеся закономерными, могут претерпевать существенную модификацию и даже корен ным образом меняться. Факторы такой модификации теснейшим образом взаимо действуют с факторами системного кризиса, который в настоящее время пережи вает мировая экономика и который является по существу трансформационным кри зисом, процессом системного обновления, “Великого перехода” к качественно новому мировому хозяйству.

2. В условиях, когда мировая экономика вошла в фазу системного перехода к новому качеству, ее развитие характеризуется имманентно повышенным уровнем нестабильности и сниженной предсказуемостью основных параметров будущего, при усложнении структурной организации мирового хозяйства в целом и усилен ном действии неэкономических факторов экономической динамики.

3. Процессы глобализации экономики, которые на протяжении трех десятиле тий были одной из определяющих тенденций мирового развития и привели к бес прецедентной взаимозависимости национальных экономик и циклов их экономи ческого роста, объективно наталкиваются на серьезные препятствия, связанные с существенным дисбалансом между мощной ролью транснациональных структур и неспособностью реально обеспечить эффективную глобальную координацию эко номического развития. Это порождает нарастающие угрозы для экономической безопасности, которые способны нейтрализовать преимущества, связанные со сво бодным движением факторов производства, глобальной концентрацией и другими экономическими преимуществами глобализации.

4. Наиболее мощные дестабилизирующие импульсы исходят из финансового сектора, который одновременно является и наиболее глобализированным секто ром мировой экономики. В условиях “деривативной революции” глобальные фи нансовые рынки, в сочетании с современными ИКТ, превратились в мощный ис точник генерирования фиктивного капитала, отрыва тенденций развития финан сового сектора от реальной экономики и все большей виртуализации экономических процессов. Указанные тенденции подрывают возможности развития на старой основе, объективно ускоряя становление его новых институциональных принци пов и новых структурных приоритетов.

5. Кризисные явления, свойственные для новой эпохи мирового развития, от личаются многоаспектным и неоднозначным характером как их происхождения, так и влияния на экономику. Это требует адекватного приспособления и дальней шего развития методологических основ экономического анализа, который должен быть в состоянии давать адекватные ответы на новые вопросы и новые вызовы ми рового развития.

Статья поступила в редакцию 30 января 2012 г.



Похожие работы:

«Утверждена решением Муниципального совета Яковлевского района от "28" июня 2013 года ПРОГРАММА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ МУНИЦИПАЛЬНОГО РАЙОНА "Яковлевский район" Белгородской области на 2012-2016 годы С...»

«М.А. БУРДЕЙНЫЙ Отдых в России и за рубежом Москва УДК [338.486.2+796.5](470+100) ББК 65.433я9+75.81(0)я9 Б91 Настоящее издание осуществлено при участии ЛА "Алекс" Бурдейный М.А. Б91 Отдых...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "ДАГЕСТАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСТЕТ" ФИЛИАЛ в г. КИЗЛЯРЕ Кафедра экономики...»

«УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ "БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ" УДК 336.22(476) ПЕКАРСКАЯ АНАСТАСИЯ ЮРЬЕВНА НАЛОГООБЛОЖЕНИЕ МАЛОГО БИЗНЕСА: ОЦЕНКА И ПОВЫШЕНИЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата экон...»

«ПУТЬ СОЛЖЕНИЦЫНА В КОНТЕКСТЕ БОЛЬШОГО ВРЕМЕНИ Сборник памяти 1918 – 2008 Москва · Русский путь · 2009 УДК 929 ISBN 978 5 85887 319 8 ББК 83.3(2Рос)6 П 904 Издано при финансовой поддержке Федерал...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МУНИЦИПАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ "ВОЛЖСКИЙ ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ, ПЕДАГОГИКИ И ПРАВА" Кафедра математики и информатики МЕТОДИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ И ФОНД ОЦЕНОЧНЫХ СРЕДСТВ (УЧЕБНО-МЕТОДИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС ДИСЦИПЛИНЫ) Б2.В.ОД.1 "Математическая статистика" 050400.62 Психолого-пе...»

«Берлина Светлана Хасанбековна Управление экономическим развитием коммерческих организаций медицинских услуг Специальность 08.00.05 – экономика и управление народным хозяйством: экономика, организация и управление предприятиями, отраслями, комплексами (сфера услуг) Автореф...»

«КОНЕЧНЫЙ БЕНЕФИЦИАР ULTIMATE BENEFICIARY ВСТУПЛЕНИЕ INTRODUCTION Задумывались ли вы, просматривая рейтинг "Форбс" либо иной список самых богатых и влиятельных людей страны, что в действительности стоит за цифрой с девятью нулями в графе их состояния? Активы, скажете вы. Соглашусь, спо-ри...»

«Центр развития государственно-частного партнерства при поддержке: Министерства экономического развития Российской Федерации Методические рекомендации по развитию институциона...»

«А. Нечволодов От разорения к достатку ПОСВЯЩАЕТСЯ ВСЕМ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОГО ТРУДА Русские финансы. Масонская программа. Тайны золота. Народные деньги. Аграрный вопрос. Промышленность. Переселение. Наши дела на Дальнем Востоке. Проведение реформы. Возможное будущее. Санкт—Петербург Типография ш...»








 
2017 www.kniga.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.