WWW.KNIGA.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Онлайн материалы
 

Pages:   || 2 | 3 |

«СЕМАНТИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ ТОПОНИМОВ СОВРЕМЕННОГО ФРАНЦУЗСКОГО ЯЗЫКА ...»

-- [ Страница 1 ] --

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Нижегородский государственный лингвистический университет

им. Н. А. Добролюбова»

На правах рукописи

МЕРЗЛЯКОВА Анна Владимировна

СЕМАНТИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ ТОПОНИМОВ СОВРЕМЕННОГО

ФРАНЦУЗСКОГО ЯЗЫКА

Специальность 10.02.05. – Романские языки

Диссертация

на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Научный руководитель:

кандидат филологических наук, доцент Татьяна Петровна Понятина Нижний Новгород – 2015

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ

ГЛАВА 1. ТОПОНИМЫ В СИСТЕМЕ ЯЗЫКА

1.1. Взгляды современной лингвистики на сущность имени собственного.

Проблемные вопросы семантики ИС и топонимики

1.2. Топонимы как класс имен собственных

1.3. Словообразовательные модели топонимов французского языка.............. 23 - 29

1.4. Семантические типы топонимов

1.5. Специфика семантики топонимов французского языка

Выводы по Главе 1

ГЛАВА 2. ТОПОНИМЫ В ПУБЛИЦИСТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ.

...............53 - 90

2.1. Основные свойства публицистического дискурса

2.2. Топонимы в публицистическом тексте



2.2.1. Реальные топонимы

2.2.2. Окказиональные топонимы

2.2.3. Мифонимы

Выводы по Главе 2

ГЛАВА 3. ТОПОНИМЫ В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ КОММУНИКАЦИИ.

....91 - 149

3.1 Понятие художественного пространства

3.2. Топонимы в художественном произведении

3.2.1. Реальные топонимы

3.2.2. Окказиональные топонимы

3.2.3. Мифонимы

Выводы по Главе 3

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

–  –  –

Настоящее диссертационное исследование посвящено изучению функционирования топонимов в публицистическом и художественном дискурсах.

Выбор топонимов в качестве объекта исследования связан с тем, что эти лексические единицы обладают своеобразной, специфической семантикой, в которой отражается диалектическое единство инвариантного значения и актуализируемых дискурсивных смыслов. Функционируя как единицы языковой системы, топонимы идентифицируют и индивидуализируют объект, реализуя инвариантное значение. В то же время, топоним способен накапливать и сохранять комплекс сведений о человеческой деятельности, которые закрепляются в его внутренней форме, коннотативной семантике или тезаурусной информации.

исследования является функционирование топонимов в Предметом публицистическом и художественном дискурсах, изучение которого дает возможность выявить, какие компоненты значения реализуются в конкретных дискурсивных употреблениях.

На современном этапе развития науки ономастика продолжает оставаться актуальным направлением исследования. Многочисленные работы, посвященные изучению топонимов, охватывают вопросы из области нескольких лингвистических дисциплин. Диахроническое исследование топонимов остается одним из основных (Н. В. Подольская, А. В. Суперанская, Ch. Baylon, M. H. Carrez, L. Deroy, G. Lavergne, A. Lognon, M. Mulon, R. Rousseau, H. Walter и др.), в том числе исследование топонимики малых географических и этнических общностей (R. Lepelley, D. Poulet, G. Taverdet), фокусирующееся на системных исторических изменениях в языке, находящих отражение в графической и фонетической форме онимов; продолжается исследование их семантики в рамках проблематики теории имени собственного (А. Гардинер, О. Есперсен, Дж. Ст.





Милль, Б. Рассел, Г. Суит, Д. Шпербер, M.-N. Gary-Prieur, G. A. Granger, F. Recanati, H. S. Sorensen, J.-L. Vaxelaire, M. Wilmet и др.), где было выработано несколько точек зрения на статус семантики имени собственного. Ряд исследователей занимается проблемами перевода топонимов (Р. С. Гиляревский, Д. И. Ермолович, Б. А. Старостин, Л. В. Щерба, J. Lufstrum, V. Pansini);

описанием и сравнением их словообразовательных моделей на примере основных европейский языков и языков народов России и ближнего зарубежья (Н. В. Подольская, Д. В. Цыганкин, Н. М. Шанский, A. Gagneux, R. Kapitan, A. H. Smith).

Относительно небольшое количество работ посвящено изучению вопросов модификации семантики топонимов и, в частности, культурного компонента их значения (А. В. Уразметова, А.-M. Paveau). В данных исследованиях топонимы рассматриваются в функциональном аспекте. А. В. Уразметова занимается изучением и сравнением культурного компонента топонимов в английском и французском языках, но она фокусируется на описании фразеологических единиц, в которых актуализируется только один специфический дискурсивный смысл, который чаще всего не проявляется в другом контекстном окружении.

Работа А.M. Paveau имеет описательный характер и рассматривает только культурный компонент топонимов – названий мест сражений, она отмечает вариативный характер дискурсивных смыслов, но не ставит задачи выявления факторов, влияющих на актуализацию различных составляющих значения.

Еще одно направление исследований семантики топонимов – изучение их функционирования в разных типах текстов (О. А. Вартанова, А. В. Данильченко, Т. В. Кожарина, А. А. Никольский, А. В. Правдикова, F. Cheriguen). В работах данных исследователей рассматриваются дискурсивные и стилистические особенности топонимов либо в рамках публицистического дискурса, либо в текстах художественных произведений, сопоставление функционального своеобразия в различных типах дискурса не проводилось.

настоящего исследования определяется общей Актуальность направленностью современных исследований на изучение проблемы соотношения значения и смысла лексических единиц;

изучение культурного фактора в языке и способов языковой объективации значимых для каждой культуры концептов и стереотипных представлений;

интересом современных семантических исследований к контекстуальным «мерцаниям» смысла лексических единиц, к закономерностям их вхождения в тот или иной дискурс;

отсутствием в отечественной романистике комплексного описания топонимов с учетом выделения в семантике данных единиц инвариантного значения и дискурсивных смыслов.

Целью настоящей работы является выявление особенностей значения топонимов и специфики их актуализации в публицистическом и художественном дискурсах с учетом национально-культурного своеобразия данной группы единиц.

В соответствии с указанной целью в работе был поставлен следующий круг задач:

1. Опираясь на общую теорию имени собственного, определить характер семантики топонимов в сравнении с именами нарицательными и другими классами имен собственных.

2. Проанализировать характер связи между инвариантным значением топонимов и их дискурсивными смыслами, выявить факторы, способствующие закреплению культурно обусловленного знания в значении топонимов.

3. Рассмотреть механизм актуализации коннотативных компонентов значения различных групп топонимов и его роль в вербализации культурно значимых концептов в публицистическом и художественном дискурсах.

4. Рассмотреть семантико-стилистические функции каждого класса топонимов в публицистическом и художественном типах дискурса.

5. Опираясь на результаты анализа эмпирического материала, обосновать динамический характер культурного компонента топонимов, проанализировать связь каждого класса топонимов с концептосферой языка и определить вербализуемые ими концепты.

Научная новизна работы заключается в том, что:

1. Выявляются факторы, способствующие закреплению экстралингвистического культурно обусловленного знания, реализованного в дискурсивной практике: внутренняя форма, объективный характер номинации, словообразовательные модели, исторически мотивированный культурный компонент.

2. Описываются дискурсивные смыслы топонимов, которые проявляются под влиянием контекстуальных и скрытых культурных актуализаторов в публицистическом и художественном дискурсах, такие как Grasse – парфюмерия, Aubusson – гобелены, Siberie – холод.

3. Определяется семантическое своеобразие различных групп топонимов: выделяется интегральная сема «пространство» и дифференциальные семы «открытость/закрытость», «вертикальность/горизонтальность», «вода/суша».

4. Выявляется связь значения и смысла топонима с некоторыми концептами, впервые выделяются концепты, вербализуемые разными классами топонимов.

Теоретическая значимость исследования определяется тем, что в результате проделанной работы топонимическая система французского языка признается не только средством для идентификации и индивидуализации топонимических объектов, но и хранилищем вербализованного знания данной языковой общности, которое входит в тезаурус носителей языка и культуры и реализуется в дискурсивной практике. Описание функционального своеобразия топонимов в публицистическом и художественном дискурсах позволяет констатировать многоплановость смыслов, образующих значение данных лексических единиц, проследить стратегии и тактики, позволяющие оказывать необходимое информативное или эмоциональное воздействие на адресата.

Практическая ценность данной диссертационной работы определяется тем, что ее результаты могут быть использованы в теоретических курсах и на семинарских занятиях по лексикологии, ономастике и лингвистике текста и интерпретации. Результаты, полученные при анализе значений и смыслов топонимов, могут быть использованы для составления пособия лингвострановедческого характера для знакомства с реалиями изучаемого языка.

В качестве материала исследования были выбраны источников электронные карты Франции, содержащие списки топонимов, зарегистрированных на ее территории, современная французская публицистика (Интернет-издания газет и журналов l’Humanit, le Point, Marianne, 20 minutes, la Dpche, le Parisien и др.), а также художественные произведения французских авторов XIX – XXI в.в.

Методом произвольной выборки было отобрано около 4500 примеров неконтестуального употребления топонимов (перечни, электронные карты) и примеры их использования в публицистическом и художественном дискурсах.

Для количественных подсчетов был отобран корпус примеров (около 3000) методом сплошной выборки.

Основными послужили семантический и методами исследования словообразовательный анализ, контекстуальный анализ, лингвокультурная интерпретация исследуемых единиц.

Теоретической основой исследования послужили следующие положения:

1. В рамках общей теории имени собственного признается его особый статус в системе языка (М. Я. Блох, Д. И. Ермолович, А. А. Живоглядов, С. Д. Кацнельсон, В. А. Никонов), так как семантика имени собственного включает денотативный и коннотативный компоненты, но не позволяет осуществлять лексическое обобщение, соотносясь с предметами реальной действительности минуя ступень понятийного обобщения.

2. Значение онима заключается в единичном понятии и общих представлениях об обозначаемом объекте в языке, речи и культуре народа (М. Я. Блох, Д. И. Ермолович, О. И. Фонякова).

3. Семантика топонимов содержит три типа значений (В. А. Никонов, А. В. Суперанская): этимологическое, собственно топонимическое и посттопонимическое.

4. Результатом процесса смыслопорождения является переход от неконтекстуального значения топонима к дискурсивному смыслу (Г. И. Богин, А. В. Колмогорова).

5. Категория пространства, передаваемая топонимами, является культурной универсалией и помогает передать всеобщее и особенное о пространственно-временных представлениях культуры в процессе ее исторического развития (А. И. Осипов).

6. Топонимы, неотделимые от объектов действительности, в процессе функционирования в разных типах дискурса наполняются ассоциациями, связанными с географическими объектами (В. А. Лукин).

На защиту выносятся следующие положения:

1. Топонимы образуют особую подсистему имен собственных, при этом от других представителей класса имен собственных топонимы отличает социально обусловленный характер номинации; объективно мотивированный характер номинации, отражающийся в их внутренней форме и структурном своеобразии, обусловленном типологическими особенностями французского языка; динамический, постоянно развивающийся характер значения, а также наличие в его семантике культурно значимых компонентов, передающих культурно обусловленные знания.

2. Значение топонима содержит компоненты, которые могут отсылать к понятиям, связываемым с положительной оценкой, и к понятиям, имеющим отрицательную качественную оценку, это приводит к оценочной энантиосемии топонима. Включение топонима в публицистический или художественный дискурс способствует актуализации дискурсивного смысла, отвечающего задачам конкретного высказывания. Целенаправленный выбор приводит к контекстуальным «мерцаниям» смысла топонима.

3. При вхождении в публицистический или художественный дискурс топоним не только актуализирует собственно топонимические характеристики (протяженность, ограниченность, высота, глубина и т.п.), но может также имплицировать хронологические категории «век», «эпоха», что показывает, что в значении топонима закрепляются еще и временные характеристики, подтверждающие тезис о динамическом характере значения топонимов.

4. Значение топонимов включает культурно обусловленное знание, поэтому топонимы способны вербализовать архетипическую культурную оппозицию «свое/чужое», а также универсальные культурные концепты, среди которых наиболее частотны «столица/провинция», «успех/поражение», «опасность/защищенность», «слава/позор», «оседлость/путешествия».

5. Основной функцией топонима является функция идентификации.

Однако для публицистического дискурса значимой является также функция вторичной номинации, в которой реализуются преимущественно оценочные значения, для художественного – совмещение идентификации либо с эстетической функцией, либо с оценочно-характеризующей.

Структура работы определяется целями и задачами исследования и включает введение, три главы, заключение и библиографию.

Во введении обосновывается выбор темы, актуальность и научная новизна исследования, формулируются основная цель и конкретные задачи, определяются методы исследования, указываются теоретическая и практическая значимость исследования, излагаются основные положения, выносимые на защиту, устанавливаются объем и структура диссертации.

В первой главе «Топонимы в системе языка» рассматриваются основные теоретические положения, связанные со значением и смыслом топонимов как класса имен собственных, выделяется их специфика по отношению к другим ИС, выделяются компоненты, отвечающие за создание специфической семантической структуры.

Во второй главе «Топонимы в публицистическом дискурсе» исследуются особенности речевой семантики топонимов, контекстуальные «мерцания смысла»

при их включении в публицистический текст, актуализация их культурного компонента в вербализуемых ими концептах и выполняемые функции в данном типе дискурса.

В третьей главе «Топонимы в художественной коммуникации»

рассматриваются особенности речевой семантики топонимов, обусловленные включением в пространство художественного текста, которое является отражением мира, воспринятого и творчески воссозданного автором, также выделяются вербализуемые концепты и актуализируемый культурный компонент, описываются функции, выполняемые топонимами в художественном дискурсе.

В заключении изложены основные результаты проведенного исследования и обоснована теоретическая и практическая значимость диссертации.

Апробация работы. Основные теоретические положения и результаты исследования были представлены в докладах на научно-практических конференциях: Пятая региональная научно-практической конференция «Иностранный язык и образовательное пространство в XXI веке» (Нижний Новгород, 2011), «Лингвистическая семантика (традиции и инновации)» (Нижний Новгород 2011), XVI Нижегородская сессия молодых ученых. Гуманитарные науки (2011), Международная научно-практическая конференция «Актуальные вопросы развития науки» (г. Уфа, 2014), Международная научно-практическая конференция «Теоретические и практические вопросы науки XXI века» (г. Уфа, 2014), а также на заседаниях кафедры теории и практики французского языка НГЛУ им. Н. А. Добролюбова.

По теме диссертации имеется 7 публикаций.

–  –  –

Объектом исследования данной работы является топонимия Франции.

Исследование имеет своей целью выявление и описание структурных и семантических особенностей функционирования класса топонимов.

Первые лингвистические научные работы по исследованию топонимики активно стали проводиться в первой половине XX века и, несмотря на смену научных концепций и парадигм, не утратили своей актуальности по сей день.

Топонимы изучаются в рамках одной из теорий имени собственного, так как они входят в данный класс лексических единиц.

Достаточно большое количество ученых (как советских, позже российских, так и зарубежных) занимались и продолжают разрабатывать теоретические и практические проблемы топонимики. Большой вклад в развитие топонимики внесли Е. Л. Березович, В. А. Никонов, А. В. Суперанская, E. Ngre, A. Dauzat и др.

Не подлежит сомнению тот факт, что благодаря проведенным исследованиям, топонимика как наука значительно продвинулась вперед. Однако некоторые вопросы до сих пор остаются дискуссионными: наличие или отсутствие языкового значения у топонимов, строение семантики топонимов, их структурные особенности. Недостаточно исследована реализация топонимов в различных дискурсах, отсутствует системное описание их функциональных особенностей в различных дискурсах.

Топонимы являются сложным и неоднородным множеством имен. Начиная исследование данного класса, прежде всего необходимо определить их сущность как лексических единиц. Поскольку топонимы относятся к именам собственным, для исследования требуется ознакомление с особенностями имен собственных как класса.

1.1. Взгляды современной лингвистики на сущность имени собственного. Проблемные вопросы семантики ИС и топонимики В настоящее время существует несколько точек зрения на место имени собственного в языке.

Традиционно в лексикологии все единицы делятся на два больших класса:

имена нарицательные и имена собственные. Каждый тип имен обладает своей функцией. Критерием для разграничения двух классов (далее ИН и ИС) служит зона применения лексемы: имена нарицательные используются для классификации, обобщения, в то время как имена собственные – для индивидуализации объекта [Хвесько, 2009, с. 12 – 13; Белецкий, 1972, с. 14].

ИС, выполняя идентифицирующую функцию, формирует значение на основе своей соотнесенности с конкретными предметами. Основная функция ИС – функция выделения – считается выполненной в том случае, если имя соотнесено участниками коммуникации с именуемым предметом [Кунаккужина, 2003, с. 16].

Действительно, ИС присваивается объекту в акте специальной, индивидуальной номинации, из этого утверждения следует, что в номинации используется модель «один референт/одно имя». Следовательно, «масштаб»

онима равен, как правило, 1, т.е. обозначаемый объект является отдельным единичным предметом. Но необходимо отметить, что в речи возможны величины меньше 1 (Paris de mon enfance), где ограничителями выступают хронологические рамки, выраженные как эксплицитно, так и имплицитно, или больше 1 (Paris vaut bien une messe), где топоним Paris не только отсылает к своему денотату, но вербализует культурно обусловленный концепт «власть» и имплицитно отсылает к топониму более высокого уровня категоризации – хорониму France.

Различие в функциях ИС и ИН приводит к следующей закономерности:

наличие ИС не является обязательным для предмета, обозначенного ИН, но если известно, что у предмета есть ИС, то у него обязательно есть и ИН. Онимы представляют собой вторичные знаки, так как создаются на базе апеллятивной лексики [Суперанская, 1973, с. 18].

Особый статус имени собственному в языковой системе придает наличие ряда признаков, отличающих ИС от других классов слов. К таким признакам ИС можно отнести лингвистические особенности данного класса: написание с большой буквы, усеченная или не подчиняющаяся правилам парадигма склонения [Мурясов, 1986, с. 70-81].

Однако нельзя сказать, что эти два класса слов изолированы друг от друга.

И имена собственные, и имена нарицательные выполняют также коммуникативную, гносеологическую и другие функции, наличие которых обусловливает общность двух классов. ИС нельзя строго отделить от ИН, так как оба класса не являются закрытыми, и достаточно часто наблюдается переход ИС в ИН и наоборот. Однако изменение лексической категории вызывает изменение сигнификативного значения, что позволяет употреблять лексемы в новом контексте.

Это положение подкрепляется и возможным употреблением ИС в роли местоимения или слова-схемы: в данном случае оно лишено своего индивидуализированного содержания. Такое употребление наиболее характерно для пословиц, поговорок и т.п., где выбор ИС продиктован в первую очередь рифмой [Суперанская, 2002, с. 6]: Avec si on mettrait Paris en bouteille. В данном случае топоним Paris употребляется как слово-схема, так как его индивидуализирующие характеристики отходят на второй план. Топоним служит не для передачи информации об обозначаемом объекте, а является одним из компонентов нового смысла. Второстепенность топонимических (индивидуализирующих) характеристик единицы Paris видна в синонимическом ряду: avec si on mettrait Paris en bouteille/si la mer bouillait, il y aurait bien des poissons de cuits; si ma grand-mre avait des roues, ce serait un autobus. Все пословицы построены на нереальности, неосуществимости, комичности предположений.

Неоднозначность распределения по классам, а также отсутствие универсального, всеми принятого определения имени собственного приводят к спору о наличии значения у имени собственного.

Сложность определения положения имени собственного вызвана следующими особенностями его функционирования:

1) постоянное взаимодействие со всем словарным составом и системой языка;

2) постоянное стремление имен собственных поляризироваться от имен нарицательных, обособиться от них (разница в склонении ИС и фамилий) [Суперанская, 2002, с. 5].

Существует несколько точек зрения на семантику ИС [Новикова, 2009, с.

218], основные расхождения сводятся к следующему:

1. Утверждается асемантический характер имени собственного (Н. Д. Арутюнова, О. С. Ахманова, А. Гардинер, Дж. Ст. Милль, А. А. Реформатский). Для Дж. Милля имя собственное не более чем ярлык, который отличает индивида или объект [Вартанова, 1994, с. 31]. По мнению А. Гардинера смысл имени заключается в его фонической реальности. В «Теории имен собственных» он дает следующее определение ИС – это слово или группа слов, специфическим назначением которых признается отождествление и которые выполняют или имеют тенденцию выполнять это назначение исключительно посредством различительного звука независимо от какого-либо значения, присущего этому звуку с самого начала или приобретаемого им в результате ассоциации с объектом или объектами, отождествленными посредством этого звука [там же, с. 32].

А. А. Реформатский говорит о том, что назначение ИС – в названии, они только называют предмет и не выражают никаких понятий, ИС гипертрофированно номинативны [Реформатский, 1967, с. 60].

2. Отрицается языковое значение у имен собственных, признается их значение только в речи (В. И. Болотов, Р. З. Мурясов, Д. И. Руденко, А. В. Суперанская). Сторонники данной теории признают наличие значения у ИС, так как оно ни в коем случае не является «лексически неполноценным». Но в то же время эта группа исследователей указывает на неспособность ИС выражать обобщенное понятие.

3. Признается более богатое семантическое содержание у имени собственного, чем у имени нарицательного (О. Есперсен, Е. Курилович, Г. Суит).

Данная теория является полностью противоположной описанной выше теории об асемантичесом характере ИС. По мнению представителей данной концепции, в область значения онима входит не только его денотативное значение (обозначаемый объект или лицо), но и весь ряд специальных значений, представленных свойствами и признаками характеризуемого объекта. Наличие богатого содержания ИС позволяет, с одной стороны, объяснить факт перехода ИС в ИН, когда употребление первого позволяет передать большое количество информации в сжатой форме, избегая описательных оборотов. Однако для осуществления успешного акта коммуникации в данном случае необходимо, чтобы оним и объект, который он именует, были широко известны носителям языка.

С другой стороны, наличие богатого содержания ИС подтверждается частым их использованием в художественных произведениях, где они передают весь набор признаков, входящих в их содержание и создают нужную художественную реальность. Зачастую ИС используются в качестве заглавия, что позволяет выработать у читателя определенные ассоциации, подготовить его к тому или иному развитию сюжета.

4. Признается особый статус имени собственного в системе языка (М. Я. Блох, Д. И. Ермолович, А. А. Живоглядов С. Д. Кацнельсон, В. А. Никонов). Сторонники данной концепции говорят о необходимости комплексного подхода к изучению ИС. Они признают наличие у онима смысловой структуры, подчеркивая, что наряду с денотативным значением именам собственным свойственна сигнификативная специализация, понятийная отнесенность. Таким образом, они признают семантическое своеобразие ИС.

Специфика значения онима состоит в отличном от апеллятивов соотношении денотативного и коннотативного значений [Кондакова, 2004, с. 33].

В данной работе в основу положена последняя точка зрения, что вызвано признанием а) наличия у имен собственных не только семантического содержания, но и дополнительных его оттенков, б) сложности выполняемой функции: с одной стороны, имя собственное призвано индивидуализировать объект, выделить его, с другой – подвести его под определенную общую категорию, таким образом, ИС выполняет номинативную, идентифицирующую, дифференцирующую, локализующую и ориентирующую функции, что показывает их схожесть с ИН. Кроме того, если безоговорочно признавать или отрицать наличие значения у имен собственных, разрушается система, нивелируются законы, действующие в пределах дихотомии языка и речи.

Сторонники данной концепции говорят даже о том, что понятие может формироваться на основе не класса предметов, а на базе отдельного его представителя или индивидуального, уникального объекта. По мнению Г. П. Манушкиной в основе ИН лежат общие понятия, а ИС содержат индивидуальные понятия [Манушкина, 1973, с. 5].

С одной стороны, ИС соотносятся с предметами реальной действительности, минуя ступень понятийного обобщения, ИС показывает неспособность к лексическому обобщению, т.е. оно не способно группировать признаки, свойственные предметам класса, в который оно входит [Русская грамматика, 1980]. Ю. С. Маслов справедливо утверждает, что ИС (топонимы в том числе), например Strasbourg, не может быть поставлен в один ряд с существительными «дерево» или «птица», так как не существует Страсбургов или класса Страсбургов, в основе номинации которых лежит общий, только им присущий признак [Маслов, 1975]. А. В. Суперанская также отмечает, что даже повторяющиеся и распространенные антропонимы употребляются каждый раз индивидуально, не образуя классов Марий, Иванов или Петровых [Суперанская, Суслова, 1981, с. 84].

С другой стороны, ИС могут аккумулировать и группировать признаки и культурный компонент значения, закрепившиеся за именуемым объектом, что показывает особую экстралингвистическую направленность ИС как класса.

Рассматривая подробно вопрос о значении ИС, следует отметить, что

А. В. Суперанская выделяет 3 типа значения имени собственного:

1. Языковая информация – это константная часть информации, которая отражает языковую принадлежность ИС, его этимологию, информацию о времени создания и ареале распространения.

2. Речевая информация – эта составляющая отвечает за связь имени с объектом и выявляет отношение говорящего к объекту.

3. Энциклопедическая информация – это комплекс знаний об объекте, который доступен каждому члену языкового общества. Это экстралингвистическая часть значения (историческая, этнографическая, географическая составляющие). Данный компонент не является стабильным, он зависит от ряда условий (знания об обозначаемом объекте, значимость объекта для говорящего, ситуация употребления) [Суперанская, 1973, с. 17].

В. А. Никонов также выделяет три вида значений, но применительно именно к топонимам: этимологическое, собственно топонимическое и посттопонимическое [Никонов, 1965 с. 111 – 112]. Под этимологическим (или дотопонимическим) значением понимается внутренняя форма топонима, его этимология, «народная» в том числе. Эта внутренняя форма входит в фоновые знания носителей языка. Топонимическое значение содержит в себе указание на объект и минимальный набор сведений об объекте (причем он может быть известен как всем носителям языка, так и очень ограниченному кругу лиц).

Посттопонимическое значение возникает в результате выдвижения на первый план отдельных признаков обозначаемого объекта, является логическим продолжением того образа объекта, который актуален в массовом сознании носителей языка [Концесвитная, 2003, c. 239-240].

Из приведенных классификаций следует, что топоним, как ИС, может раскрывать определенный набор сведений об объекте при его непосредственном восприятии вне контекста.

Называя географический объект, говорящий в первую очередь сообщает, что за ним закреплено именно это имя. В этот момент слушающий получает минимальную информацию об интересующем его топообъекте. Кроме того, у топонима может быть выделена внутренняя форма (этимологическое значение), которая, по мнению Е. А. Трифоновой, усиливает его прагматику по сравнению с ИН [Трифонова, 2006 с. 12]. Также топоним имеет определенный набор фоновой экстралингвистической информации, сохраненный в посттопонимическом компоненте и сообщающий дополнительные сведения об объекте. Наполнение посттопонимического компонента во многом зависит от языковой картины мира индивида.

Однако следует отметить, что классификации А. В. Суперанской и В. А. Никонова описывают уровни значения топонимов вне связи с дискурсом.

Если в качестве гипотезы предположить, что семантическое наполнение топонима, использованного изолированно, и топонима, входящего в дискурс, не тождественно, то необходимо найти семантическую структуру и факторы, которые отвечают за накопление и актуализацию определенного набора культурно обусловленных компонентов значения.

Для того чтобы иметь возможность анализировать вариативность культурно обусловленных компонентов, нужно определить их суть. Обзор источников показывает, что изучение фоновых знаний, вычленение и объяснение культурного компонента – актуальная задача современных семантических исследований, так как учет определенных социальных страт при лингвистическом анализе позволяет в новом свете посмотреть на языковую картину мира.

Понятие культурно-исторического компонента значения впервые ввел в языкознание Н.Г. Комлев [Комлев, 1966, c. 14-19]. Объективность существования фоновых знаний впервые научно обосновали Е. М. Верещагин и В. Г. Костомаров.

По их мнению, для лингвострановедения особенно важны три функции языка:

коммуникативная (орудие передачи информации), кумулятивная (способность фиксировать и сохранять информацию), директивная (направляющая, воздействующая и формирующая личность).

Способность выполнять данные функции основывается на том, что семантика слова не исчерпывается лексическим понятием, восходящим к номинативной функции языка, в слове имеется и семантический компонент, соответствующий кумулятивной функции – это посттопонимическое значение, совокупность этих компонентов представляет лексическое понятие как некоторое знание, связанное с языковой картиной мира [Верещагин, Костомаров, 1990, с.

43].

Принимая во внимание все вышеизложенное, М. В. Голомидова и Е. Л. Березович выдвинули идею о существовании двух осей семантики имени собственного: вертикальной и горизонтальной. Горизонтальная ось – это видение ономастикона через связь имени (как явления культуры) с другими культурными компонентами, культурными кодами. Вертикальная ось – это многоуровневая модель, которая строится на основе лингвистических и нелингвистических знаний, в нее входит общекатегориальная семантика, возникающая на основе оппозиции «апеллятив – онома», частная категориальная семантика, позволяющая противопоставить разные разряды онимов, частная семантика, индивидуализирующая семантика, основанная на соотнесении с денотатом и мотивированном значении онима, фреймы, включающие фоновые знания, культурные коннотации [Подымова, 2006].

Итак, основное во взглядах лингвистов на ИС можно свести к следующим положениям:

1. Ввиду сложности семантики изучаемого класса, его неоднородности и признается особый статус ИС в системе языка: ИС, с одной стороны, индивидуализирует объект, с другой стороны, выполняет функцию категоризации, относя именуемый объект к определенному классу. Данные функции выполняются благодаря наличию у ИС трех типов значений (на примере топонимов): этимологического, топонимического и посттопонимического.

Благодаря наличию топонимического значения, которое несет в себе индивидуальную информацию, возможна категоризация, прочие два вида значения отвечают за индивидуализацию объекта.

2. Выполнение основной функции – функции индивидуализации способствует созданию модели «одно имя/один объект». Однако при включении в дискурс возможны случаи изменения масштаба онима, который может быть меньше 1 (денотат не рассматривается во всем объеме, а только одна или несколько из его характеристик) или больше 1 (слово-схема).

3. Национально-культурный компонент является составной частью семантики ИС, причем он может быть известен как далеко за пределами данной территории, так и ограниченному количеству лиц. Несомненно, что большим культурным шлейфом обладают ИС, денотат которых более известен.

В результате проведенного обзора взглядов исследователей определяется проблематика дальнейшего исследования, касающегося французских топонимов.

Встает вопрос об определении границ класса топонимов, их структурной классификации, а так же более углубленное исследование семантики французских топонимов, ее составляющих и тех специфических черт, которые позволили выделить топонимы в отдельный класс ИС.

1.2. Топонимы как класс имен собственных

Отнесение топонимики к определенной области исследования остается дискуссионным вопросом. Одни ученые называют ее междисциплинарной наукой на стыке лингвистики и географии, другие – выделяют топонимику в самостоятельную науку, третьи – относят ее исключительно к лингвистике. В данном исследовании принимается последняя (лингвистическая) точка зрения, так как топонимы рассматриваются только как языковые явления.

Переходя к описанию собственно топонимов, следует уточнить терминологический аппарат исследования. Прежде всего, следует разграничить понятия «топонимика» и «топонимия». Топонимия – это совокупность названий (топонимов) на какой-либо территории.

Топонимика – раздел ономастики, исследующий географические названия (топонимы), их функционирование, значение и происхождение, структуру, ареал распространения, развитие и изменение во времени.

Многообразие элементов, входящих в изучаемый класс топонимов, их разнородный характер и отсутствие однозначности в определении топонимики как науки приводят к тому, что и основная единица ее – топоним – определяется достаточно разнообразно.

Лингвистический словарь дает наиболее общее определение: топоним – имя собственное, название географического объекта [Нерознак, 1990, с. 515–516].

Данное определение является наиболее общим, опирается на экстралингвистический критерий «географический объект», который, в свою очередь, не имеет однозначного определения и охватывает широкий спектр реалий. Данное определение не отражает в полной мере специфику топонимов по отношению к другим классам имен, входящим в ИС.

А. В. Суперанская уточняет приведенное определение, под термином топоним она понимает собственное имя любого географического объекта, выделяемого человеком в качестве самостоятельной единицы [Суперанская, 1984, с. 174–175]. Определение, предложенное А. В. Суперанской, более лингвистическое, но все же оно исходит из экстралингвистического фактора, основанного на роли человека в номинации.

Определение, данное И. П. Литвиным, более конкретно и приближено к языку. Топонимом он считает индивидуализирующий элемент полной топонимической формулы (в состав полной топонимической формулы входит имя собственное и сопровождающий его географический термин (имя нарицательное), который разъясняет, к какому типу географических объектов относится данное название [Литвин, 1988, с. 68]. Полная топонимическая формула выглядит так: la ville de Paris; собственно топонимом является элемент Paris. Именно это определение принимается в качестве рабочего.

Из определения, предложенного И. П. Литвиным, следует несколько важных для исследования семантики культурного компонента топонима положений.

Функционируя в различных дискурсах, топоним может сохранять полную топонимическую формулу, что особенно актуально для микротопонимов:

On avait log chez une tante, rue de la Tombe-Issoire(Caron, 1999, p.14).

Использование полной топонимической формулы обусловлено стремлением облегчить понимание и категоризацию объекта. Однако топоним может функционировать без ИН, обозначающего тип объекта номинации, такое употребление особенно характерно для текстов СМИ: Entre Vincennes et la Concorde, ce dimanche, j’ai fait mon choix (Marianne 16/04/2012). Имена нарицательные la commune и la place отсутствуют, но подразумеваются, следовательно, существует контаминация значений ИН на ИС, у широко известных онимов имплицитно остается связь с ИН, обозначающим тип называемого объекта. Таким образом, можно заключить, что топоним имеет конвенциональный характер, он является собственностью языкового коллектива, который рассматривает топоним как ценность. Являясь ценностью языкового коллектива, топоним способен накапливать посттопонимический компонент значения, который служит основой для появления коннотаций.

Конвенциональный характер топонима подтверждается возможностью изменить название объекта, что принимается языковым коллективом. Так, Albertville назывался ранее L’Hpital.

1.3. Словообразовательные модели топонимов французского языка

Переходя к рассмотрению значения топонимов, необходимо остановиться на их словообразовательных моделях, так как они служат основным средством для трансляции внутренней формы (этимологического значения) топонима.

Подчиняясь общим законам языка, словообразование топонимов происходит по определенным словообразовательным моделям, которые определяют уникальные черты топонимики данного языка.

Наиболее общими и частотными моделями топонимов принято считать простые, производные и составные. Однако данная классификация может быть детализирована с учетом конкретных морфологических моделей каждого языка.

Д. В. Цыганкин в ходе исследования словообразовательных моделей (на материале мордовских языков) в структурно-словообразовательном отношении выделяет 4 типа топонимов: 1) простые или непроизводные; 2) бессуффиксальнопроизводные; 3) аффиксально-производные; 4) сложные (составные) [Цыганкин, 2010]. Причем под производными образованиями, вслед за Е. С. Кубряковой, здесь понимается «любая вторичная, т.е. обусловленная другим знаком или совокупностью знаков единица номинации со статусом слова независимо от структурной простоты или сложности последнего» [Там же].

Во французском языке представлены все эти структурные типы, однако они обладают разной значимостью для системы языка. В ходе анализа электронных карт и перечней топонимов были получены следующие данные.

Простые топонимы Простые топонимы – это названия географических объектов, образованные прямым переходом из нарицательного слова в ИС.

Исходный апеллятив может быть существительным: Ville, Bois, Champs.

Такая модель используется преимущественно для апеллятивов – географических терминов, которые уже в заложенной исходной семантике отражают необходимые характеристики для вновь созданного объекта.

Причем индивидуальная закрепленность имени за объектом способствует редукции семантики исходного апеллятива и насыщению имени коннотациями, связанными с именуемым объектом, его спецификой, отличительными чертами.

Редукция происходит во всех случаях, даже если город назвать Городом [Суперанская, 2002, с. 8].

Среди топонимов Франции такие примеры представлены в микротопонимике: Ville (небольшой город на севере Франции), Port (деревня на юге), Chteau (деревня в центральном районе страны). Подобные онимы, образованные переходом ИН в ИС с сопутствующей редукцией семантики апеллятива, функционируют и в русском языке (Городец, Бор – названия небольших городов, Озеро – название деревни). В русском языке нередко наблюдается использование данного способа именования для микротопонимики.

Топонимы, образованные по такой модели, сохраняют легко выделяемую внутреннюю форму, прослеживается объективный характер мотивации топонима, что облегчает его функционирование и позволяет развивать культурный компонент значения.

Становясь ИС, слово порывает с классом, к которому оно раньше относилось и начинает соотноситься с новым индивидуальным объектом, иногда вопреки своей прежней семантике [Суперанская, 2002, с. 9]: Rue, Rivire (названия маленьких городов). Однако подробный этимологический анализ названия выявит экстралингвистическую мотивированность именования (близкое расположение объектов относительно друг друга, расположение одного объекта на месте другого – замена природного техногенным). В итоге в основе подобного акта номинации лежит либо метафорический, либо метонимический перенос.

Для ИС главное – предметность, поэтому лучше всего на эту роль подходят существительные, но при условии субстантивации другие части речи тоже могут становиться ИС [Суперанская, 2002, с. 9]. При анализе практического материала были выделены топонимы-субстантивы (образованные путем перехода прилагательного или причастия в ИС): Vert, Riche, Maudit. Данный тип номинации отражает яркий признак объекта, причем в подавляющем большинстве случаев предпочтение отдается положительной характеристике, так как она семантически совместима с топонимической понятийной сферой. Отрицательная характеристика встречается крайне редко и только в элементах микротопонимики.

Топонимы образуются в процессе прямого перехода имени собственного личного в новый класс (кроме ИС – названия топообъекта): Marie, Richelieu.

Такие названия отражают принадлежность или посвящение и не являются частотным способом образования топооснов, так как существует другой способ выражения отношения принадлежности ИН (ИС)+de+ИС: Courcelles-de-Touraine, Lac d'Alfeld. Именно данная модель является доминантной ввиду аналитического характера языка.

В ходе работы было выявлено небольшое число топонимов – усечений, которые в ходе исторических изменений и действия фонетических законов значительно изменили свою форму, а именно утратили окончание или второй корень. К их числу относятся наиболее древние названия: Paris Parisii, GrenobleGratianopolis, MarseilleMassalia, LyonLugdunum. Однако данный тип образований прослеживается только в ходе диахронического анализа.

Бессуфиксально-производные (вторичные) Сюда относятся наименования географических объектов, акт номинации которых был мотивирован другим топообъектом, чаще всего близким по местоположению [Басик, 2006, с. 34]: Bresle (река на северо-западе Франции, также небольшой город на севере Франции), Nivelle (прибрежная река на юге Франции, город на севере Франции). Но данная модель словообразования ведет к появлению полисемии, не позволяя тем самым полностью индивидуализировать объект, поэтому вторичные топонимы являются периферийными образованиями.

Информация о местоположении объекта выражается преимущественно сложными, предложными образованиями, в которых наиболее часто используются предлоги, de, sur, en, выражающие пространственные отношения:

Beauvoir-sur-Mer, Bois-d'Amont, Trans-en-Provence, которые будет рассмотрены далее.

Аффиксально-производные топонимы При использовании данной модели в акте номинации имя собственное или нарицательное, становясь топонимом, «обрастает» аффиксами. Такой тип номинации крайне распространен в синтетических языках. В современном французском, аналитическом, языке данный тип представлен, хотя и не является ведущим и имеет тесную связь с историческим развитием языка. Например, топоним Auneil происходит от апеллятива “aune” – «ольха», к которому был добавлен суффикс -euil [j], развившийся из латинского суффикса –lus [Горпинич, 2008, с. 66].

Изучение аффиксально-производных топонимов требует углубленного этимологического анализа и обращения к истории языка, так как большинство суффиксов имеют латинское происхождение:

-y[wa] лат. –etum; -ire лат. – aria; -y лат.-(i)-acum [Пежинская, 2013].

Топонимы, образованные по данной модели, отсылают к культурно значимым понятиям, как и для предыдущего типа, для них характерно наличие внутренней формы, но из-за произошедших с онимом исторических изменений она может становиться не столь очевидной: cassanoschesnechne («дуб») [Walter, 1997, p. 42-44], от промежуточной формы при помощи суффикса был образован топоним Chesney, без специализированных источников в современном языке морфологический анализ затруднен.

Сложные (составные) топонимы Данный вид является одним из ведущих, так как позволяет не только выделить объект среди подобных, но уже в названии заложить релевантные характеристики. Количественный подсчет топонимов методом сплошной выборки (для исследования были отобраны все зарегистрированные ойконимы начинающиеся на букву E) показал, что из общего количества (877 единиц) 28% топонимов (247 единиц) образованы по данной модели. (Для подсчета использовался электронный перечень городов: http://www.toutes-lesvilles.com/villes-az/e/22.html) Количественный подсчет простых и аффиксальнопроизводных топонимов оказался затруднен, так как для его осуществления требуется морфологический анализ с углублением в историю языка, что не входит в круг задач данной работы.

Сложные онимы обладают внутренней формой, они мотивированы, для облегчения их вхождения в тезаурус носителей языка, часто они переходят в разряд ИС после закрепления устойчивого апеллятивного словосочетания или сочетания апеллятивов и имени собственного за объектом.

Сложные топонимы представлены наименованиями нескольких типов:

1. Сочетание определения-прилагательного и географического термина, как правило, ville, fort, позволяет проследить исторические корни топообъекта, образовавшегося либо на месте укреплений, либо недалеко от лесного массива и т.п.: Blanquefort, Abbeville; или форманты, включающие положительную качественную оценку:

-beau, -belle, -bon и т.п.: Bonlieu, Bellefontaine.

2. Сочетание существительного и прилагательного, в котором атрибутивная часть передает относительный признаки объектов (vieux – neuf, grand – petit).

3. Беспредложное сочетание существительного и географического термина.

Ранее отмечалось, что сложные топонимы являются мотивированными, в их состав могут входить элементы разнообразных семантических полей: флора, фауна, религия, цвет и т.д. Таким образом, осуществляется передача культурной информации. В топонимии Франции присутствуют онимы, упоминающие культурный значимый символ “le coq”: Dommartin-le-Coq, Chantecoq, Montignacle-Coq, отсылающий не только к миру фауны, но и посредством скрытых культурных актуализаторов даже в системе языка актуализирует потенциальную сему «боевой дух».

Другой важный культурный символ “le chne”, «дуб», соотносимый с осью мира также присутствует в современной топонимике, многочисленность топонимов с данным формантом: La Villeneuve-au-Chne, Le Chne, Lessard-et-leChne, Saint-Julien-en-Beauchne – показывает его значимость.

Христианская религиозная составляющая присутствует в топонимике благодаря использованию имен святых для создания сложных топонимов.

Значимое имя в этом плане Saint-Martin (один из покровителей Франции), осуществляет передачу культурной информации через топонимы Martin-glise, Boiry-Saint-Martin, Mont-Saint-Martin. Об особом почитании данного святого говорит тот факт, что на территории Франции имеется более 200 населенных пунктов, в название которых входит имя Saint-Martin.

Следует отметить, что сложные топонимы получили большее распространение в микротопонимике. Названия крупных объектов, особенно городов и рек, имеют давнюю историю, и даже если когда-то они были композитными образованиями, то теперь это невозможно проследить без глубокого исторического анализа, их внутренняя форма стерлась, чего нельзя сказать об элементах микротопонимики, для которых отличительной чертой является стремление сообщить как можно больше внеязыковой информации всем членам языковой общности.

Составные топонимы крайне многообразны. Однако ядерным типом образований данного вида является модель ИС + de + ИС, ИН + de + ИС: Les Baux-de-Provence, Sainte-Marie-de-Chignac, Civray-de-Touraine.

Конструкция de+ИС выполняет здесь роль определения, указывая на какойлибо признак, принадлежность или местоположение.

К ядерному типу образования также можно отнести модели ИС (ИН) + +ИС, ИС (ИН) + en + ИС, которые являются мотивированными и несут в себе дополнительную информацию о местоположении одного топообъекта относительно другого: Angoville-au-Plain, Champrond-en-Perchet.

Также следует отметить такую модель образования составных топонимов, как «артикль+существительное»: La Vacherie, La Rochelle, Le Havre. Несмотря на то, что по внешним признакам они относятся к составным топонимам, семантически данная группа тяготеет к простым, непроизводным, так как артикль обладает исключительно грамматическим значением, а благодаря индивидуализирующему характеру топонима, он не добавляет никаких дополнительных характеристик.

Продуктивность описанных моделей позволяет не только создавать новые топонимы для номинации реально существующих объектов, но и использовать их для создания окказионализмов, которые сразу воспринимаются как топонимы:

Caduce-sur-Pare-brise (San-Antonio), здесь прослеживается пародия автора на составные названия мелких населенных пунктов, обладающие мотивированной внутренней формой.

Таким образом, словообразовательные модели позволяют, во-первых, отражать значимые в момент номинации признаки, во-вторых, передавать обобщенные значения, классифицируя имя собственное как топоним.

1.4. Семантические типы топонимов

Топонимы, наряду с антропонимами, являются одним из самых больших и гетерогенных классов имен собственных, что значительно затрудняет их классификацию, так как сложно выделить критерии, удовлетворяющие всем членам класса.

На данный момент наиболее распространенной является классификация на основе типа имени объекта, где разделение осуществляется по географической принадлежности к классу морей, гор, городов и т.д.

Так, Э. М. Мурзаев предлагает деление топонимов на пять классов:

оронимы, гидронимы, имена растительных сообществ (лесов, полей, лугов, и т.д.), имена населенных мест (городов, деревень, хуторов и т.п.), имена улиц, площадей, мостов в городах, поселках, селах [Мурзаев, 1974, с. 92-93].

С. Н.

Басик, изучающий географический аспект топонимики в большей степени, чем лингвистический, дает более подробную классификацию на основе географической принадлежности, он выделяет 9 крупных видов топонимов, все они представлены на схеме:

ОРОНИМ

ОЙКОНИМ ГИДРОНИМ

УРБАНО- ГЕЛОНИМ

НИМ

КЛАССЫ

ТОПОНИМОВ

ДРОМОНИМ ДРИМОНИМ

АГРООНИМ ХОРОНИМ

Оронимы – класс топонимов, названия форм рельефа (наименования гор, вершин, равнин, впадин, пещер, оврагов и других геоморфологических объектов).

Гидронимы – класс топонимов, который включает в себя названия всех водных объектов – рек, ручьев, источников, колодцев, прудов, озер, океанов и их частей (морей, заливов, проливов).

Дримонимы – класс топонимов, названия лесов, рощ, парков и их частей.

Класс ойконимов включает в себя названия любых населенных пунктов.

Дромонимы – это названия транспортных путей.

Одним из многочисленных по количеству названий является класс урбанонимов. Данный класс относится к названиям любых внутригородских объектов – улиц, переулков, площадей и т.д.

Агроонимы – класс топонимов, включающий названия земельного надела, пашни, сельскохозяйственной земли.

Хоронимы – это названия любых значительных территорий, регионов, областей (природных, исторических, административных) [Басик, 2006, с. 18 – 21].

Однако для лингвистического анализа не требуется такого углубленного изучения географических различий объектов, поэтому целесообразнее остановиться на описании хоронимов, ойконимов, гидронимов, оронимов и урбонимов, которые являются ядерными представителями класса топонимов.

Кроме приведенных классов топонимов, в современной научной литературе устоялся ряд терминов, которые не вписываются в существующую схему классов.

В частности, географические названия незначительных местных объектов, известных узкому кругу людей, называется микротопонимами. Микротопоним может обозначать как объект природы (Petite-Fort, Fleur), так и деятельности человека (Moulins, Neuf – March).

Одной из наиболее общих и распространенных классификаций топонимов является их отнесение к макро- и микротопонимике. Однако макро- и микротопонимика определяется в разных работах на основе различных количественных критериев, которые не могут быть признаны полностью объективными.

Так, М. Э. Рут и Г. П. Смолицкая исследуют макро- и микротопонимию, выделяют в качестве критерия для различия макро- и микросоциум. Однако они не дают четкого критерия разграничения макро- и микросоциума. Под макросоциумом можно понимать как все человечество, так и отдельный социум, значительный по численности. Для микросоциума характерно то, что практически все его члены знают друг друга и владеют традицией построения своего ономастикона1 [Луговая, 2006, с. 65; Смолицкая, 2002, с. 16].

Ю. А. Карпенко и А. И. Ященко считают, что противопоставление макро/микро должно осуществляться на материале топонимии и носить количественный характер: названия мелких топообъектов относятся к микротопонимии, названия крупных – к макро [Карпенко, 1967; Ященко, 1974].

Но четких количественных критериев также не дается.

В качестве дополнительного лингвистического критерия М. Э. Рут и Е. А. Луговая предлагают использовать наличие/отсутствие доступной внутренней формы: многие макротопонимы, имеющие, как правило, долгую историю, утратили доступную внутреннюю форму и превратились в формальный звукокомплекс [Рут, 2005, c. 20]. Микроонимы, наоборот, стремятся к сохранению ярко выраженной мотивированности [Луговая, 2006, с 65].

Э. М.

Мурзаев, однако, считает необоснованным объединение разнородных малых топообъектов в одну группу: «неправильно в одном ряду перечисление:

гидронимия, оронимия, микротопонимия» [Мурзаев, 1974, с. 23]. И таким образом, ставит под вопрос само существование микротопонимики.

Учитывая замечания, данные Э. М. Мурзаевым, считаем целесообразным все-таки сохранить традиционное разделение на микро- и макротопонимику, но воспринимать микротопонимику не как единое целое, включающее разнородные объекты, а структурировать ее по тем же классам, что и макротопонимику, т.е.

выделять микроойконимы, микрогидронимы и т.п.

Приведенный обзор только подтверждает положение о том, что топонимы являются большим и разнородным классом имен, тем не менее, следует согласиться с И. А. Воробьевой, что это множество единиц объединено одной функцией – дифференциации и идентификации географических объектов какойлибо исторически и географически ограниченной территории [Воробьева,1976, с.

34–35].

Под ономастиконом понимается совокупность всех топонимов, созданных и используемых на определенной территории конкретной языковой общностью в отдельно взятый период времени.

На основе рассмотренных мнений была выработана рабочая типология топонимического материала, которая может быть представлена в виде схемы:

топонимы

–  –  –

Данная типология открывает перспективу для дальнейшего исследования, заключающегося в описании семантических особенностей каждого класса.

1.5. Специфика семантики топонимов французского языка Как и для всех имен собственных, вопрос о наличии и определении семантики топонимов остается дискуссионным. Несмотря на неоднозначное признание наличия семантики у ИС, именно семантический критерий является основным при разделении онимов и апеллятивов.

Е. Л. Березович утверждает, что семантика топонима – это понятие о данном географическом объекте, включающее сведения о виде объекта и его местоположении, которые составляют ближайшее значение, обязательный минимум информации, для того чтобы слово стало значимой единицей – топонимом. Но апеллятив, положенный в основу топонима, может отражать и другие свойства объектов. В данном случае под семантикой топонима принято понимать семантику исходного апеллятива [Березович, 1991, с. 75]. Данное утверждение, однако, вызывает ряд критических замечаний.

Как отмечает Ю. Ф. Манжуева, лексическое значение ИС с открытой семантической структурой не может совпадать с лексическим значением апеллятива-основы [Манжуева, 2003, с. 79]. Как уже было отмечено, лексическое значение апеллятива, положенного в основу топонима, составляет его внутреннюю форму и закрепляется только на этимологическом уровне значения.

Обладая выраженной функцией индивидуализации, топоним старается отстраниться от породившего его апеллятива и стать самостоятельной лексической единицей. Подтверждает данный тезис О. Т. Молчанова, которая констатирует, что отторжение выражается в стремлении нового образования соотноситься с топонимическим полем, топонимическим типом, пространством со своими ядрами [Молчанова, 1982, с. 71]. Следовательно, семантика топонима не тождественна семантике образующего его апеллятива, они перекрываются частично, чему способствует наличие у топонимов этимологического значения.

Ряд ученых занимается компонентным анализом семантики топонимов (К. М. Ирисханова, Н. Л. Колмакова, С. М. Перкас). В результате исследований в семантике топонима выделяют три типа сем: архисему, дифференциальные семы, потенциальные семы [Кондакова, 2004, с. 40].

Н. Л. Колмакова выделяет свойственную всем топонимам архисему «неодушевленный предмет» [Колмакова, 1988, с. 19].

К. М. Ирисханова выделяет архисему единичности [Ирисханова, 1978, с.

46].

Однако архисема отражает крайне абстрактное понятие, выделение которого не способствует установлению специфики семантики конткретной группы лексических единиц – топонимов, поэтому целесообразным считается выделение у топонимов интегральной семы «пространство», объединяющей представителей данной группы единиц.

К дифференциальным семам относятся те, которые позволяют разделять топонимы на группы по противопоставлению признаков «открытость/ограниченность», «вертикальность/горизонтальность», «вода/суша».

Под потенциальными семами понимаются семы, обозначающие характеристики назывыемого топонимом географического объекта: как постоянные характеристики, так и контекстуально-зависимые, например, эмоционально-оценочные характеристики [Кондакова, 2004, с. 40].

Пониманию семантики топонимов в частности и ИС в целом способствует исследование, проведенное М. В. Голомидовой. Под онимом автор понимает ментальную структуру, где языковая семантика сталкивается с неязыковой информацией [Голомидова 1998, с. 5].

Автор выделяет следующие уровни семантической структуры ИС:

1) высший уровень: категориально-лексическая семантика. На данном уровне идет противопоставление ИС и ИН;

2) частная категориальная семантика: выделение групп онимов;

3) частная характеризующая семантика: рассматривается значение мотивировочного признака реалии, который отбирается из ряда других, индивидуализация объекта из ряда подобных;

4) коннотативный уровень: семиотический ореол именного знака, т.е.

фреймовая семантика, которая объединяет языковые и внеязыковые знания [Голомидова 1998 с. 5].

Так, семантика всех онимов способствует выполнению функции индивидуализации объекта, однако отличительной чертой топонимов является то, что в отличие от личных имен собственных, которые не имеют своего собственного уникального денотата, топоним всегда обладает таковым, поэтому большее развитие и значимость приобретает коннотативный уровень семантики топонимов по сравнению с другими классами имен собственных. Эти компоненты семантики прослеживаются у топонимов даже вне контекста, благодаря наличию мотивированной внутренней формы (что не характерно, например, для имен собственных личных), а также культурно обусловленных, устойчивых ассоциаций, которые вербализуют значимые для языкового коллектива концепты.

Топонимы конденсируют весь сложный комплекс культуры и психологии народа. И чем более известен денотат, чем более распространено его употребление, тем больше вероятность возникновения у него коннотаций и появление дополнительной интеллектуальной информации.

Переходя к непосредственному анализу культурного компонента значения топонимов, следует разделить понятия «посттопонимическое значение» и «тезаурусная информация».

Согласно определению В. А. Никонова под посттопонимическим значением понимаются ассоциации, возникающие у человека с названием в результате знакомства с объектом [Никонов, 1965, с. 58]. Посттопонимическое значение является ментальной сущностью, его появление не связывается с вербальной передачей знания. Тезаурусная информация – это некоторая универсальная система, обеспечивающая хранение коллективного знания о мире в вербальной форме. В отличие от посттопонимического значения, тезаурусная информация появляется с языковым опытом, следовательно, ее появление и закрепление осуществляется на базе явлений языка. Важную роль здесь играет внутренняя форма топонима.

Под внутренней формой топонима в данном исследовании понимается способ мотивировки значения, который заключается в использовании формантов (апеллятивов или ИС), обладающих самостоятельным, доступным для восприятия лексическим значением. Внутренняя форма топонима отражает характеристики, релевантные для языкового коллектива в момент номинации и составляет ядерную зону тезаурусной информации, вокруг которой происходит дальнейшее накопление культурного компонента значения. Внутренняя форма может сохраняться, может быть утрачена, не осознаваться говорящими и выделяться только в ходе этимологического анализа.

Мотивированные топонимы заключают в себе тезаурусную информацию, связанную с обстоятельствами их появления. Они содержат разнообразную информацию, которая позволяет разделить их на несколько тематических групп.

Все топонимы можно разделить на два больших класса: онимы, значение которых отсылает к миру природы, и онимы, указывающие на деятельность человека. К первой группе относятся названия, внутренняя форма которых связана с характеристикой размера, формы, глубины, топографических характеристик, расположения и т.п. Ко второй группе относятся названия, связанные с материальной и духовной жизнью населения изучаемой территории (религиозная деятельность, хозяйственная деятельность, родственные отношения, социальные характеристики и т.д.).

Рассмотрим эти два класса подробнее.

1. Мир природы Топонимы, указывающие на местоположение: Boulogne-sur-Mer, La Seynesur-Mer, Neuilly-sur-Seine, Vitry-sur-Seine, Cosne-Cours-sur-Loire, Cholon-sur-Sne, Aix-en-Province, Salon-de-Province, Chlons-en-Champagne.

В семантике топонима отражается наиболее важная информация о расположении объекта: для ойконимов таковой является привязка к крупным водным артериям или регион местонахождения, для гидронимов, наоборот, номинация дается относительно близлежащих населенных пунктов, им не свойственны маркеры, указывающие на другой водный объект или регион.

Отличительной особенностью гидронимов является преобладающая модель словообразования: географический термин (имя нарицательное) + de + ойконим (имя собственное).

Актуальность данной формулы объясняется стремлением, вопервых, передать в названии еще и значение принадлежности, во-вторых, избавить язык от лишних названий, не дающих четкого представления об объекте:

сравним гидронимы Lac d'Autun и Lac du Temple. Расположение первого легко определить, это озеро находится в небольшом городе Отен (рядом с Дижоном).

Для того чтобы определить местоположение второго озера, необходимо обладать более глубокими знаниями о географии Франции, так как в словарной форме не заключен точный и однозначный локализующий маркер, данное название, являясь элементом микротопонимики, локализует объект только для очень ограниченного круга лиц. В целом, только после изучения карты можно сказать, что Lac du Temple находится на северо-востоке страны, на территории коммун Аманс, Бревон, Мато.

Топонимы, содержащие характеристику (признаки объекта). Качественные характеристики многочисленны, они захватывают множество разнородных признаков, относящихся как к миру природы, так и к миру человека: Villeurbaine,

Vitr, Gaillard. Наиболее типичные и распространенные для мира природы:

1. Оппозиция формантов, обладающих семой размер: «grand»/«petit»

(причем в отличие от темпоральных характеристик, которые будут рассмотрены далее, наличие топонима с формантом «grand» отнюдь не предполагает наличие такого же топонима с оппозиционным формантом «petit»): Noisy-le-Grand, SaintQuantin-le-Petit.

Форманты, обладающие семой «цвет»: Vert-Saint-Denis, Montrouge, La 2.

Roche-Blanche, Brunville, Noirlieu.

При наименовании используются цвета, доминирующие в рельефе местности, отражающие особенности ландшафта.

Интересен тот факт, что от названий цветов bleu и jaune не образовано ни одного топонима-ойконима. Это можно объяснить тем, что голубой цвет в христианской традиции обозначает небеса, поэтому он не использовался в практических, «земных» целях.

Желтый цвет в Западной культуре никогда не имел особой ценности, наоборот, это был цвет, символизирующий предательство и гордыню. Только в XX веке (после падения фашистских режимов) желтый стал цветом материального богатства и возрождения. Возможно, что такой отрицательный шлейф, уходящий в глубину веков, не позволил форманту “jaune” закрепиться в топонимике.

Не используемые в ойконимах jaune и bleu встречаются, однако, в названиях озер, так как в зависимости от геологических особенностей вода может принимать эти оттенки: Lac Blanc, Lac Noir, Vert, Noireau, Lac Bleu, Lac Jaune.

Отличительной особенностью гидронимов этой группы является модель словообразования: субстантивация прилагательного, обозначающего цвет, реже субстантивация и аффиксация, в отличие от ойконимов, где преобладают образования, полученные путем сращения двух именных частей речи.

Форманты, относящиеся к полю «фитонимы»: Le Chne, Herbeville, Aubermesnil-aux-rables.

Необходимо отметить многочисленность названий, образованных при помощи форманта «сhnе» (дуб): Chne-Arnoult, Chne-Bernard, Chne-Sec, Bouxires-aux-Chnes, La Villeneuve-au-Chne, Lessard-et-le-Chne. Это вызвано распространенностью этого дерева на территории Франции, а также его культовой значимостью, восходящей еще к галльским традициям.

Если провести этимологический анализ, можно найти множество ойконимов, образованных от галльского названия дерева cassanos сhnе:

Casseigne, Cassagnoles, Casseuil, Cassen [Walter, 1997, p. 42-44].

Форманты, относящиеся к семантической группе «животные»: La Vacherie, Cheval-Blanc, Chteau-Renard, Villechien; Lac des Perches, Lac de Rouges Truites, Lac des Hermines, tang au Duc, tang de Pissevaches.

Топоним tang au Duc особенно интересен, так как лексема duc в первом, основном значении переводится «герцог». Однако duc также имеет значение «филин». Выбор значения делается благодаря предлогу (сливается с артиклем и образует форму au), который является не типичным для данных конструкций, где преимущественно употребляется предлог de. Такая частотность употребления предлогов объясняется их значениями: предлог de указывает на обладателя, либо на свойство, характеристику; предлог указывает на признак. Таким образом предлог указывает, что в топониме tang au Duc речь идет именно о животном.

При создании топонимов используются названия как домашних, так и диких животных. Однако для ойконимов более употребительны названия домашних животных, т. к. благодаря этому форманту отражается особенность хозяйственной деятельности конкретного населенного пункта, для гидронимов характерны названия диких животных, обитающих либо в самом водоеме, либо в непосредственной близости от него [Мерзлякова, 2012, с. 386].

2. Мир человека и его хозяйственной деятельности Топонимы, указывающие на время образования. Темпоральный маркер представлен в семантике топонимов, однако не для всех является релевантным.

Темпоральный аспект представлен противопоставлением формантов со значением «старый»/«новый»: Murviel-ls-Bziers, Annecy-le-Vieux, Villeneuved’Ascque; Moussy-le-Neuf, Village-Neuf. Такое противопоставление используется для разграничения сходных объектов разного времени создания, следовательно, это деление актуально преимущественно для ойконимов, являющихся результатом хозяйственной деятельности человека.

При этом из существующих слов со значением «старый», vieux и ancien, предпочтение отдается первому, так как именно vieux является антонимом к neuf.

Существует только один топоним с формантом «ancien» – Ancienville, но это элемент микротопонимики (название деревни в Пикардии).

Формант «nouveau» также является периферийным вариантом образования по отношению к форманту «neuf», так как в словаре закреплено значение nouveau – qui apparat pour la premire fois; qui est depuis peu de temps ce qu’il est [Le Robert de poche, 1995, p. 484]. Следует отметить, что те немногочисленные топонимы, которые содержат данный элемент, образованы из апеллятивов: Portela-Nouvelle, Villenouvelle. Исключение составляет только один топоним BussireNouvelle, образованный от имени собственного. Все топонимы, содержащие формант “nouveau” относятся к микротопонимике.

В топонимике противопоставление «vieux»/«neuf» используется, в большинстве случаев, для разграничения сходных объектов разного времени создания: Vieux-Berquin/Neuf-Berquin.

Критерий времени создания непосредственно связан с хозяйственной деятельностью человека.

Форманты, отсылающие к субъективной оценке:

1) оппозиция «riche»/«pauvre» также присутствует в топонимии, однако, представлена в основном в микротопонимике: Richebourg, Richeville, La Riche.

Элемент «pauvre» встретился лишь дважды: Pauvres, Saint-Avit-le-Pauvre.

Предпочтение в использование форманта «riche» мотивировано желанием закрепить положительные характеристики во внутренней форме топонима, способствовать актуализации в дальнейшем речевом функционировании положительного коннотативного компонента.

Форманты, несущие положительную оценку, «beau», «bon»: Belleville, 2) Belfort, Bonneville, Eaux-Bonnes.

При этом лексема beau имеет несколько значений (‘красивый’, ‘хороший’), лексема bon также является полисемичной (‘хороший’, ‘правильный’, ‘удачный’ и т.д.), поэтому без этимологического анализа достаточно сложно сказать, какое именно из значений скрывается за данными формантами.

Форманты «beau», «bon» являются ядром образований данного типа.

Периферию же составляет корень «joli», так же несущий положительную оценку (по красоте): Mantes-la-Jolie, Wy-dit-Joli-Village.

Антонимичные форманты с отрицательным значением, «laid» и «mauvais», в исследованном материале не встретились, что говорит о предпочтении положительной оценки в акте номинации.

3) Формант, обладающий семой «неприступность». Данные названия указывают на наличие укреплений: Villefort, Viols-le-Fort. Причем укрепленный характер объекта часто подчеркивается наличием второго корня со сходной семантикой («защищенность», «неприступность»): Chteaufort, Pierrefort, Durfort, Montfort, Rochefort. Такие названия достаточно распространены, но в микротопонимии. Среди названий 100 самых крупных городов Франции встречается только один топоним с такой семантикой: Saint-Maur-des-Fosss, где Fosss означает ‘ров, окружающий город’.

Тезаурусная информация может отсылать к категории обусловленности, явиться прямым результатом культурно-исторических событий.

В эту группу входят:

1. Топонимы, указывающие на имя святого или посвященную ему церковь: tang de Saint-Cucufa, Mar Saint-James, tang Sainte Marguerite, SaintGrgoire, Sainte-Agathe. Такой способ образования является крайне продуктивным в системе микротопонимии: населенные пункты не имеют собственного названия, а перенимают его у церкви или собора, представляющего центр духовной и зачастую материальной культуры. Наличие многочисленных топонимов с религиозной семантикой говорит и сильном влиянии католицизма на языковую картину мира.

Продуктивность данной модели как среди гидронимов, так и среди ойконимов говорит о восприятии и познании мира через религию в момент номинации.

2. Топонимы, указывающие на основателя. Данная группа образована преимущественно ойконимами: Philippsbourg (город образовался в XVII веке вокруг замка, построенного графом Филиппом IV Ханау-Лихтенберг) [Philippsbourg: son histoire]; Richelieu – город образовался в 1631 году из деревни, выкупленной по приказу кардинала Ришелье у предыдущих владельцев, с целью возвести на этом месте укрепленное поселение. Город активно развивался под покровительством кардинала, но после его смерти наступил период застоя.

Henriville – город основан герцогом Генрихом II Лотарингским в 1608, с целью получения прибыли от проходящего через него торгового пути.Топоним может сохранить не только имя конкретного исторического деятеля, название может происходить и от названия племени: Villeparisis происходит от названия галльского племени Parisii, Senlis происходит от названия кельтского племени Sylvanectes, Bretagne BrittaniaBritania, что дословно означает « le pays des Bretons » или страна Бриттов, Bourgogne Burgondie, произошедшее от названия племени Burgondes.

Кроме того, топонимы могут содержать форманты, указывающие на язык происхождения термина: романский элемент «-ville»: Andeville, Abbeville;

«-bourg»: Combourg, Montebourg, Bourbourg; англогерманский элемент саксонские элементы «-vy», «-land»: Pontivy, Neuvy, Mesland, Heuland.

Топонимы, указывающие на исторические события: Arques-la-Bataille, 3.

Wattignies-la-Victoire. Семантика таких названий восходит в основном к лексикосемантическому полю «война». Для гидронимов такой тип информации не характерен ввиду исторического характера номинации, ограниченного числа объектов и устойчивости исходных наименований [Мерзлякова, 2011, с. 427 – 429].

Топоним может актуализировать связь с историческим событием даже в том случае, если в его внутренней форме отсутствует формант, непосредственно относящийся к соответствующему семантическому полю. Способность топонимов накапливать посттопонимическое значение приводит к закреплению за некоторыми из них фоновых знаний, что в дальнейшем способствует формированию культурно обусловленных ассоциаций, реализуемых в тезаурусной информации: Nantes – Нантский эдикт, Avignon – пленение пап, Oradour-sur-Glane – массовое убийство, карательная операция SS. Включение подобных топонимов в текст художественного произведения или газетной статьи может использоваться для вербализации культурно значимых концептов.

Топонимы Alesia и Verdun указывают на известные битвы: Aim Millet est galement l'auteur du colossal Vercingtorix Alise-Sainte-Reine dans la Cte-d'Or, en hommage au sige hroque d’Alsia (fr.glosbe.com). В зависимости от индивидуального познавательного опыта говорящего, с опорой на его индивидуальную концептуальную систему, сложившуюся под влиянием языковой картины мира, топонимы могут вербализовывать концепт «битва», фоновая информация, связанная с этими топонимами способствовала появлению у них коннотативного компонента значения – «героизм».

Исторически обусловленной является также тезаурусная информация, связывающая топоним с производством определенного продукта. Так Nice имеет тезаурусный компонент «цветы» – savon aux violettes de Nice; Lyon – шелк, Grasse – парфюмерия, Aubusson – гобелены, Valenciennes – кружева. Наличие таких компонентов коннотативной семантики, с одной стороны, используется для передачи определенного местного колорита, с другой – для передачи качественной и оценочной характеристики продукта, в таком случае видовые семы уходят на второй план, ведущую роль начинают выполнять коннотативные компоненты значения. Например, Champagne или Bourgogne ассоциируются с высоким качеством и уже превратились в бренд.

Тезаурусная информация топонима пополняется за счет вербализованных ассоциаций, связывающих оним с культурой и ее творцами: Rouen – литература и Г. Флобер; Arles – литература и живопись, А. Доде и П. Гоген; Giverny – живопись, К. Моне. Подобные онимы актуализируют потенциальный компонент значения «духовность», употребленные в контексте, способны вербализовать концепт «культура».

Коннотативная составляющая топонима развивается также благодаря сочетанию исторической фоновой информации и ее литературного наполнения:

топоним Col de Roncevaux ассоциируется с Песнью о Роланде, согласно которой, именно там погиб герой средневековой поэмы: Roland, le glorieux vaincu de Roncevaux (france-pittoresque.com). Культурные коннотации способствуют вербализации концепта «мужество».

Иноязычные топонимы также способны сохранять связь с культурно обусловленными ассоциациями. Данный тип топонимов может вербализовать исторически обусловленный концепт «победа»/«поражение»: Austerlitz/Waterloo (Verdict de l'affaire Clearstream: "C'est Austerlitz!" (Nouvel Observateur, 29/01/2010), культурные стереотипы: Byzance – роскошь. Но у иноязычных топонимов есть свойственный только им коннотативный компонент значения – фоновые знания служат основой для географических стереотипов: le Sahara – жара (C'est insuportable cette chaleur. C'est le Sahara! (atoute.org), Londres – туман (Un soir de demi-brume Londres / Un voyou qui ressemblait / Mon amour vint ma rencontre… (Apollinaire), Sibrie – мороз (Une vague de froid sibrien. "C'est la 'Chibrie'", titre le Chicago Sun-Times (Le Monde, 06/01/2014). В даннам примере отсылка к тезаурусной информации топонима Sibrie послужила основой для языковой игры. Окказионализм Chibrie является сложением двух топонимов Chicago и Sibrie. Обращение к последнему обусловлено наличием у него коннотативного компонента значения).

Следует отметить, что для известных топонимов частотной является ситуация, когда тезаурусная информация одновременно включает в себя множество противоречивых признаков. Показательным примером является культурный потенциал и тезаурусная информация, заложенные в топониме Paris.

Топоним Paris – культурный кластер, в нем зафиксирована связь со множеством культурных, исторических, социальных событий. В семантике топонима Paris заложены потенциальные семы «chic» (En 1971, il a reu l'appellation "haute couture" et a ouvert sa boutique avenue Montaigne, temple du chic parisien. (Le Figaro, 20/06/2013), «Ville – Lumire» (Si la Ville Lumire fascinait le jeune Barack Obama la fin des annes 1980, son clat n'a gure terni depuis: en 2013, Paris est en effet rest la premire destination touristique au monde. (L’Expresse, 27/03/2014), «banlieue sensible» (Cette rforme semble extravagante et un peu folle mais choisissez bien votre argument car nourrir une guerre banlieue / Paris qui n'a pas lieu et dont vous n'y connaissez vraisemblablement rien, n'arrangera rien et n'apporte aucun raisonnement intelligent concernant la rforme. (Le Figaro, 05/12/2011) и т.д. Разнообразие коннотативных компонентов значения отражено в пословицах, фразеологизмах и устойчивых сочетаниях: avec des "si" on mettrait Paris dans une bouteille («невозможность»); Paris ne s'est pas fait en un jour («трудности», «амбиции»);

monter Paris Tout-Paris ici Paris!

(«успех»); («высшее общество»), (радиопозывные, «значимость», «независимость»). Пополнение ряда потенциальных сем основано на установлении новых ассоциативных связей, что ведет к расширению посттопонимического значения и через процесс вербализации новые компоненты входят в тезаурусную информацию.

В результате анализа топонимов, не имеющих доступной для восприятия внутренней формы, но обладающих культурными ассоциациями и тезаурусной информацией, можно сделать вывод, что коннотативные компоненты из значения неотделимы от денотативных и строятся на их основе. Фоновые знания являются главным источником культурных ассоциаций, они зафиксированы в энциклопедических словарях, в устойчивых сочетаниях и ФЕ. Потенциальные семы значения, появляющиеся под влиянием фоновой информации, способствуют сохранению и передаче объективно значимых культурных концептов и стереотипов.

Существует еще один немаловажный критерий, который можно положить в реальность/нереальность основу классификации топонимов – денотата, обозначаемого топонимом объекта.

Несомненно, что большинство топонимов обладают реальным денотатом, и при употреблении данного онима в речи говорящие апеллируют к конкретному географическому объекту, информация о котором заложена в их фоновых знаниях или может быть найдена в энциклопедических источниках. Если населенный пункт или географический объект исчезают, то сохранившееся название, тем не менее, обладает реальным денотатом. Все же существует группа топонимов, которые не имеют реального денотата и являются онимами с нулевой референцией – это окказиональные топонимы и топонимы-мифонимы.

Механизм создания и употребления топонимов, не имеющих реального денотата, несколько отличается. Первоначальная область их появления и функционирования – это художественные произведения, мифы, легенды, Библия, либо жанры народного творчества, такие как пословицы и поговорки. Примеры топонимов, не имеющих реального денотата, можно найти во всех основных классах топообъектов: хоронимы – l’Atlantide, l’Ophir (страна, упоминаемая в Библии, в которой было много золота и драгоценностей), l’Hyperbore;

ойконимы – золотой город инков Paititi, ближневосточный город Iram, библейские города Sodome, Gomorrhe; гидронимы – le Styx, la Lth, le Cosyte (в римской мифологии главная река подземного мира). Связанные с важными культурными представлениями, многократно употребляемые, эти топонимы стали прецедентными, они заключают в себе установленный культурными ассоциациями набор признаков. Являясь топонимами с нулевой референцией, они не могут расширять семантику вместе с появлением новой информации об объекте, в отличие от топонимов, имеющих реальный денотат. Отсутствие динамики семантики у таких онимов способствует их деонимизации, коннотативный компонент значения начинает доминировать над денотативным, у топонима, употребляемого в конкретном речевом акте нейтрализуется функция индивидуализации, основной становится оценочно-характеризующая функция.

Окказиональные топонимы, создаваемые автором в рамках конкретного произведения, также являются онимами с нулевой референцией. Чтобы передать необходимую идею, автору приходится наделять такой топоним понятной и доступной внутренней формой, либо давать толкование значения в описательной форме. Причем отсутствие понятной внутренней формы значительно затрудняет выход топонима за рамки конкретного произведения и его функционирование в речи. Именно этим вызвано стремление авторов к созданию мотивированных окказионализмов. Наделение топонима-окказионализма, созданного для конкретного произведения, внутренней формой отражает естественный процесс формирования топонимов, которые изначально всегда мотивированы (однако реальные топонимы в ходе исторического развития, грамматических и лексических изменений могут подвергаться изменениям, что приводит к стиранию их внутренней формы). Сравнение окказиональных топонимов с внутренней доступной формой и без нее может быть осуществлено при анализе окказионализмов из книги А. Левенбрука «Волчьи войны» («La guerre des loups»).

Автор создает хоронимы – названия враждующих земель Sarre, Harcourt, Galatia, Bisagne, la Terre Sombre, l’le de Mont-Tombe; ойконимы – la ville de Tarnea, la ville de Philidin, la ville de Ria, la ville de Mricourt; оронимы – les montagnes de GorDraka, les montagnes Sombres; гидроним la rivire Pourpre.

Автор не наделяет некоторые топонимы внутренней формой. Топонимыокказионализмы без доступной внутренней формы, Bisagne и Sarre, вне контекста не актуализируют потенциальных сем, их актуализация становится возможной только в контекстном окружении. Но отсутствие внутренней формы может быть, в определенной степени, компенсировано использованием известных словообразовательных моделей. А. Левенбрук использует словообразовательные модели из кельтской и англо-саксонской культуры, где частотны топонимы, оканчивающиеся на -ia и -eа (Galia, Tarnea, Saratea, Sarlia, Atarmaja, Borcelia).

Так, благодаря словообразовательной модели, окказиональный оним приобретает сему «пространство».

Для наделения окказионализма видовыми семами автор использует фонетические аллюзии: остров Гаэлия (l’le de Galia) фонетически напоминает Галлию, автор добавляет «--» к узуальной мотивирующей основе “Galia”, в результате образуется хороним. Внутренняя форма хоронима l’le de Mont-Tombe очевидна (mont ‘гора’, tombe ‘могила’). Но в то же время автор использует стилистический потенциал омофонов mon/mont, актуализируя потенциальную сему «смерть» при помощи мотивированной внутренней формы. Топоним MontTombe является аллюзией и указывает на остров Mont Saint-Michel, носивший такое имя до основания на нем монастыря. Культурно обусловленные ассоциативные связи и фоновые знания (о том, что на острове был монастырь, а позднее государственная тюрьма), является скрытым актуализатором потенциальных сем «заточение», «смерть». Так, сочетание внутренней формы и культурных аллюзий способствует актуализации коннотативного компонента значения у окказионального топонима.

В связи с рассмотрением тезаурусной информации топонимов как системы знаний, из которых в конкретной ситуации реализуется только определенный набор компонентов, возникает вопрос о соотношении языкового и речевого значения топонима: являются ли они тождественными или различными. Здесь следует затронуть проблему, связанную с соотношением понятий смысла и значения.

Исследования в рамках когнитивной парадигмы позволяют заключить, что в таких категориях как значение и смысл, внутренняя форма, культурные коннотации и т. п. отражается народное сознание, которое аккумулируется в языковой картине мира и вербализуется в концептах и фреймах.

Следовательно, значение является структурой знания, которое дает возможность человеку связывать объект окружающего мира и языковой знак, причем это знание не ограничивается только набором данных о внеязыковом объекте, но и включает информацию, полученную в опыте речевой коммуникации о том, как использовать языковой знак, чтобы актуализировать требуемый смысл, реализуемый в том или ином контексте [Колмогорова, 2006, с. 13].

Процесс смыслопорождения проходит четыре этапа: 1) на когнитивном уровне сознания языковой личности актуализируется обобщенный образ экстралингвистического объекта; 2) на ментально-языковом уровне актуализируются эмоционально окрашенные представления, которые уже были когда-либо реализованы при помощи данного языкового знака; 3) на ментальноситуативном уровне образ трансформируется в связную цепочку элементов, 4) на уровне речевой организации происходит оформление высказывания при помощи коммуникативных стратегий и тактик [Колмогорова, 2006, с. 17].

В результате выполнения данного алгоритма осуществляется переход от неситуативного и неконтекстуального значения к дискурсивному смыслу, который, наоборот, по мнению Г. И. Богина, обусловлен речемыслительной ситуацией, дискурсивным контекстом [Богин, 1995, с. 7–11].

Под дискурсивным смыслом, вслед за Н. Ф. Алефиренко, следует понимать ту реализацию значения, что функционирует в межличностном общении, существует в речемыслительном пространстве и зависит от когнитивно-языковой интерпретации знаковой ситуации и дискурса [Алефиренко, 2013а, с. 10]. Слово, извлеченное из дискурсивной ситуации, лишается дискурсивного смысла.

Зависимость дискурсивного смысла от коммуникативной ситуации показывает, что смысл для коммуникантов не является отражением неизменной действительности, в процессе обмена смыслами происходит познание и расширение значения, следовательно, осуществляется воздействие на индивидуальную субъективную реальность, зафиксированную в индивидуальной языковой картине мира. Подтверждение данной точки зрения находится у Н. Н. Болдырева, он считает общение обменом смыслами, которые он отождествляет с концептами, с помощью языковых единиц [Болдырев, 1999, с.

16].

Тезис о зависимости смысла от ситуации общения и его вариативном характере поддерживает Н. Ф. Алефиренко, ссылаясь на теорию Р. И. Павилениса, он говорит о том, что смысл принадлежит индивидуальной концептуальной системе говорящего, он зависит от познавательного опыта говорящего, и от его опыта вербализованного знания [Алефиренко, 2013, с. 9].

Взаимосвязь смысла и значения, выявленная в рамках когнитивных исследований, показывает нецелесообразность противопоставления смысла как чисто речевого явления значению как явлению языка. Они образуют функциональное единство: смысл реализуется благодаря актуализации в конкретных употреблениях значения как структуры знания. Значение, в свою очередь, конструируется знанием языковых пользователей о смыслах, уже когдато реализованных данным языковым знаком в речевой практике [Колмогорова, 2006, с. 5].

Реализации значения топонима как универсального хранилища зарегистрированного когнитивного знания и языкового опыта, связанного с объектами, будут рассмотрены в следующих главах, имеющих целью описать особенности семантики топонимов при вхождении в публицистический и художественный дискурс.

Итак, семантика топонима, заключенная в нем тезаурусная информация представляют собой интересное поле исследования в лингвистическом и культурном плане.

Исследование значения географического онима предполагает в первую очередь опору на собственно топонимическое значение слова, так как оно отражается в интегральной и видовых семах и несет в себе минимум информации, необходимой для категоризации объекта.

Этимологическое значение топонима находит отражение в словообразовательных моделях, которые уже на этапе словообразования способствуют отделению топонимов от других классов имен собственных.

Тенденция к сохранению внутренней формы говорит о мотивированном характере номинации, задача которой не только выделить объект из множества подобных (эту функцию выполняет закрепление имени собственного), но и при помощи имени передать экстралингвистическую, культурную информацию.

Причем она отбирается не случайным образом, в основу наименования ложится наиболее значимый для данного населенного пункта признак.

В процессе функционирования в различных дискурсах топоним обрастает многими смысловыми связями и ассоциациями – образуется посттопонимический компонент значения, который закрепляется в тезаурусной информации топонима.

Отличительная ее особенность – динамический характер, который приводит к тому, что в языковой картине мира в сжатой форме конденсируется культурная информация, связанная с объектом.

Развитие культурного компонента, закрепленного за топонимом, приводит к созданию кластера потенциальных сем, которые обогащают значение топонима.

Однако при вхождении в конкретный дискурс, в зависимости от коммуникативных интенций говорящего, происходит актуализация дискурсивных смыслов, необходимых для осуществления успешного акта коммуникации.

Исследование связи между актуальным смыслом топонима и ситуацией общения, описание механизмов отбора актуального смысла топонима, а также описание вербализуемых концептов и культурного компонента онима в контексте является перспективой для продолжения исследования и описания функционирования топонимов в различных типах дискурса.

Выводы:

1. Своеобразие топонимов проявляется в прочной закрепленности имени за денотатом, которая возникает из-за того, что каждый денотат стремится иметь свой уникальный топоним. Для имен собственных личных это не характерно, хотя они и призваны индивидуализировать объект номинации, достаточно редко встречаются уникальные личные имена, принадлежащие конкретному человеку.

2. Топонимы в акте номинации присваиваются, основываясь на объективной мотивации. В отличие от антропонимов, зоонимов и т.д., которые могут игнорировать внутреннюю форму и не привязывать ее к свойствам именуемого объекта, топонимы, наоборот, во время акта номинации, фиксируют наиболее яркий и репрезентативный на тот момент признак объекта. Именно объективная мотивация топонима, во многом, способствует закреплению имени за конкретным единичным объектом, образуется диалектическое единство объекта и имени.

3. Тяготение к композитным онимам в словообразовании подтверждает стремление объективно мотивировать название. Своеобразные словообразовательные модели помогают классифицировать неизвестное коммуниканту ИС как топоним. Возможность включения нарицательных имен, обозначающих виды географических объектов, в состав топонима также являются классификационным ориентиром и основой для категоризации топонимов.

4. Мотивированный характер имени закладывает основу для развития образной, коннотативной составляющей семантики. В образовании имен собственных находит выход специфика сознания языкового коллектива, отражается культурный компонент. При изучении языковой семантики французских топонимов выделяются культурно обусловленные форманты, связанные с национальной концептосферой и отражающие динамику глобальных культурных изменений.

5. Наличие у топонимов тезаурусной информации способствует расширению круга его использования, не только для идентификации, но и для передачи культурного знания. Тезаурусная информация топонимов является открытым множеством, топоним функционирует во времени и пространстве, обрастает дополнительными эмоционально-оценочными семами, которые варьируют в зависимости от экстралингвистических факторов.

6. К модуляторам коннотативной семантики топонимов относится историческая эпоха и связываемые с ней представления; на наполнение коннотативной семантики также влияет языковой, культурный и национальный коллектив, в котором функционирует топоним, так как в коннотативной семантике топонимов выделяется национальный культурный компонент и международный культурный компонент.

Глава 2. Топонимы в публицистическом дискурсе В настоящее время актуальным является изучение феноменов языка в их функционировании в различных дискурсах.

Язык пронизывает все многообразие сфер человеческой деятельности и, поскольку жизнь общества претерпевает постоянные изменения, вынужден на них реагировать и подстраиваться под них, чтобы сохранять свою коммуникативную функцию.

Одним из средств фиксации языкового кода, которое наиболее быстро принимает и начинает тиражировать изменения, являются тексты средств массовой информации, газетные и журнальные статьи.

Долгое время функционирование языка рассматривалось в терминах функциональных стилей. Однако современное направление исследований вслед за Э. Бэнвенистом стремится рассматривать функционирование явлений языка в дискурсе. Переход от теории функциональных стилей к дискурсу основывается на интересе исследователей к речи как социальному действию и разработке прагматики речи.

На сегодняшний день существуют два основных подхода к понятию дискурса. Сторонники первого (А. А. Кибрик, Н. М. Кожина, П. Серьо), как и Э. Бэнвенист, определяют дискурс как «речь, включенную в жизнь», т.е. это сложившийся определенный тип высказывания [Арутюнова, 1990, с. 137]. Под дискурсом понимается также речевое поведение говорящего, т.е. его словесноинтонационное и паралингвистическое выражение, а также учитываются внеязыковые факторы (социальные, культурные, психологические), существенные для успешного речевого взаимодействия [Васильева, 1995, с. 34 – 35].

Сторонники другого – структурно-текстового подхода – трактуют понятие «дискурс» в узком смысле (Р. Барт, И. Беллерт, А. Ж. Греймас, Т. ван Дейк, В. З. Демьянков, В. Е. Чернявская и др.). В данном случае под дискурсом понимается связная последовательность предложений [Селезнева, 2011, с. 121].

Первый подход фокусируется на процессах создания и восприятия речевого высказывания, второй на структуре текста и особенностях текстопорождения.

В нашей работе мы придерживаемся точки зрения первой группы исследователей, которая наиболее полно выражена в следующем определении:

дискурс – это общепринятый тип речевого поведения субъекта в какой-либо сфере человеческой деятельности, детерминированный социально-историческими условиями, а также утвердившимися стереотипами организации и интерпретации текстов как компонентов, составляющих и отображающих его специфику»

[Манаенко, 2005. с. 22 – 32].

В большинстве работ, посвященных лингвистическим исследованиям публицистики, говорится, что отличительной чертой публицистического дискурса является его фокусирование на актуальности и новизне информации, кроме того, здесь значимую роль играют оценочная и прагматическая функции [Матвеева, 1990, с. 172].

Информативность сообщения, содержащегося в публицистическом тексте, является его основой, так как по мнению Н. Д. Арутюновой этот вид текста «погружен в жизнь, он существует только тогда, когда существует сама жизнь».

Публицистический текст направлен не на освещение прошлого, он существует в настоящем [Арутюнова, 1990, с. 137].

Однако наряду с информативностью сообщения важную роль играет и оценочный фактор. Его важность заключена в интересе автора не к событию как таковому, а к его социальной значимости, во многих публицистических жанрах эти оценки вводятся как личное мнение автора и включают в себя выраженную эмоциональную окраску [Матвеева, 1990, с. 84].

В прагматическом аспекте публицистический стиль отличается двумя признаками. С одной стороны, он является до определенного уровня стандартизированным, с другой, уравновешивает формализм некоторой долей экспрессивности. В любом публицистическом тексте читатель получает не только «чистую» информацию, но и интерпретацию описываемых фактов, что позволяет говорить об оценочности каждого публицистического текста, явной или скрытой [Щелкунова, 2004, с. 79].

В. А. Возчиков выделяет несколько составляющих публицистического текста: сообщение (новостное или аналитического характера), элемент эмоционального воздействия на адресата (логико-понятийное или эмоциональное), осмысление ситуации (полное или фрагментарное) [Возчиков, 2008, с. 76].

С ним соглашаются Т. Б. Самарская и Е. Г. Мартиросьян, подчеркивая, с одной стороны, документализм и фактологичность публицистического текста, с другой стороны, его творческое и эстетическое начало. Рассматривая синтез выше названных свойств, они вслед за Л. Г. Кайда признают оценочность также неотъемлемым свойством публицистики. Оценочность выражается в позиции автора и влияет на эффективность воздействия конкретного текста на аудиторию.

Позиция автора всегда имеет под собой социально-оценочную природу [Кайда, 2008, c. 58; Самарская, Мартиросьян, 2011].

Мы полагаем, что, реализуясь в дискурсивном пространстве, языковые единицы могут приобретать особые смыслы, которые регулярно актуализируются в этих привычных контекстах. Это же относится и к топонимам.

Топонимы являются важным компонентом публицистического стиля, именно они позволяют документально точно локализовать действие во времени и пространстве, апеллировать к персоналиям и т.п., т.е. они отвечают за свойство документальности и фактологичности, в то же время наличие тезаурусной информации у имен собственных, в том числе топонимов, способствует передаче эмоционально-оценочного компонента читателю.

Таким образом, онимы сочетают в себе свойства, присущие и публицистическому стилю: информативность и оценочность, причем оценочность может быть явной и скрытой, поэтому имена собственные являются одним из наиболее подходящих средств для реализации коммуникативных задач публицистического текста.

2.1. Основные свойства публицистического дискурса Текст имеет двоякую пространственную семантику: во-первых, в его содержании отображается определенный фрагмент действительности, вписанный в общую пространственную картину мира; во-вторых, сам текст разворачивается в вербальное пространство, является материальным объектом, обладающим пространственными характеристиками, т.е. существует пространство текста как звуко-буквенного речевого произведения, в котором есть линейное и плоскостное пространство. Вне пространственных координат создать текст невозможно.

Текстовое пространство – обязательный атрибут текста [Стилистический энциклопедический словарь русского языка].

По мнению Т. В. Матвеевой, пространство текста, конструируемое автором, может представлять собой отраженное подобие реальной действительности или ее субъективное преломление [Матвеева, 2003, с. 540].

Н. С. Болотнова также говорит о необходимости разделения текстовых пространств на отраженные и субъективные, художественные и нехудожественные, однако она использует термины «диктумное» (объективное) и «модусное» (субъективное) пространство [Болотнова, 2009 c. 178].

Эту же мысль развивает Н. С. Валгина, утверждая, что в нехудожественных текстах слово ориентировано на выражение номинативно-предметного значения и на однозначность, тогда как в художественном тексте осуществляется актуализация скрытых смыслов слова, создающих новое видение мира и его оценку, многоплановость, смысловые наращения. Нехудожественный текст ориентирован на отражение действительности, строго ограниченной законами логической каузальности, художественный текст, как принадлежащий искусству, свободен от этих ограничений [Валгина, 2003].

И. А. Пушкарева заключает, что публицистический текст, являющийся продуктом анализа реальных событий, воспроизводит преимущественно объективное пространство с помощью лексических и контекстных средств [Пушкарева, 2012, с. 104]. Тем не менее, оно не является реальным, оно остается отраженным, условным пространством.

В диктумном, объективном пространстве отражаются характеристики, свойственные реальному пространству. По мнению А.

Николовой для реального пространства характерны:

1) трехмерность, наличие вертикальной и горизонтальной оси, которые служат основой для оппозиции «вертикальное/горизонтальное» пространство;

2) неразрывная связь с вещами, которые, по сути, и конструируют пространство;

3) дискретность, образующая оппозиции «прерывность/непрерывность», «открытость/закрытость»;

4) осязаемость, возможность чувственного восприятия, благодаря реальности описываемых объектов, конструирующих действительность;

5) конечность, для нехудожественного текста свойственно описание реального пространства, в большей или меньшей степени доступного для восприятия;

6) растяжимость, расширение границ, изменение соотношения в оппозиции «свое – чужое»;

7) антропоцентричность, возможность измерения и наличие точки отсчета этого измерения, благодаря которой формируется локация текста [Николова А., 2003].

В попытке создать документальное отражение реального мира автор нехудожественного текста опирается на данные характеристики.

Вышеперечисленные характеристики пространства автору требуется вербализовать в конкретном тексте, топонимы являются одним из инструментов для выполнения этой задачи.

Поскольку публицистический текст имеет своей задачей документальное изображение действительности, то основной функцией топонима здесь, очевидно, будет идентифицирующая, отвечающая за определение пространственных координат.

В публицистическом тексте автор ориентируется преимущественно на интеллектуальную составляющую личности читателя, а не на эмоциональночувственную, как это происходит в художественной коммуникации.

Следовательно, для публицистического текста характерно диктумное пространство. Но из публицистического текста (в отличие, например, от научного), как уже говорилось выше, невозможно полностью убрать модусную составляющую. Модальность здесь признается как конечный результат рационального и психического освоения действительности, выражаемый языковыми средствами [Балли, 1955, c. 55]. Данная концепция предполагает выделение в любом высказывании модуса наряду с диктумом [Олефир, 2011].

Такую же точку зрения занимает Е. П. Прохоров, который подчеркивает синкретизм пространства публицистического текста, так как для его построения используются одновременно рационально-понятийные и эмоционально-образные средства [Прохоров, 2011, с. 294].

Модусная составляющая публицистического текста находит свое отражение в авторской оценке, выраженной явно или опосредованно.

Таким образом, можно заключить, что пространство публицистического текста является отраженным, но объективным, в нем преобладает диктумный компонент. Однако благодаря присущей данному типу текстов категории образа автора, в текстовом пространстве появляется модусный компонент, причем он передает и отношение описанной ситуации к действительности (объективная модальность), но и отношение говорящего к действительности (субъективная модальность).

2.2. Топонимы в публицистическом тексте

Ономастическая лексика является важной частью публицистического текста. Выполняя свою первичную функцию индивидуализации, ономастические единицы не только останавливают внимание на индивидуальном объекте, но и устанавливают тождество называемых единичных объектов окружающего мира.

Формируя антропонимическое пространство газетно-журнального текста, онимы могут выступать в двух ипостасях: в качестве информативных и в качестве социально-оценочных языковых средств [Буркова, 2010].

По мнению А. В. Данильченко, при помощи имен собственных достигается необходимый эффект воздействия на адресата [Данильченко, 1991, с. 5]. Здесь возникает вопрос, чем обусловлена данная способность имен собственных.

Ономастическая лексика способна оказывать эмоционально-оценочное воздействие, так как она накапливает тезаурусную информацию об именуемом объекте, которая, к тому же, может постоянно пополняться новыми коннотативными и потенциальными семами. Однако следует указать одну особенность тезаурусной информации: набор ассоциаций, закрепленный в тезаурусной информации топонима, в определенной степени варьируется у разных носителей языка, в зависимости от экстралингвистического опыта.

Поэтому эмоционально-оценочное воздействие, оказываемое на читателя, зависит не только от языковых факторов (использование определенных средств языка), но и от индивидуального когнитивного опыта и знания.

Д. Ю. Ильин утверждает, что в газетных текстах доминирующими функциями топонимов являются номинативная, идентифицирующая, индивидуализирующая и характеризующая [Ильин, 2012, с. 9]. Выполнение последней становится возможным благодаря обращению к закрепившейся за топонимом тезаурусной информации, компоненты которой реализуются в дискурсивных смыслах.

А. В. Пономаренко расширяет круг функций, основывающихся на тезаурусной информации, выделяя также фоновую, функцию привлечения внимания, интенсифицирующую, оценочно-характеризующую и функцию переключения временного и (или) событийного контекста [Пономаренко, 2003, с.

20–21].

Следует отметить, что возможность выделения нескольких функций, имеющих своей целью воздействие на эмоциональную сторону читателя, говорит о разнообразии дискурсивных смыслов, актуализация которых происходит в конкретном высказывании.

В результате проведенного исследования было установлено, что среди топонимов авторы отдают предпочтение хоронимам и макроойконимам, поскольку они составляют базовый уровень категоризации топонимов, кроме того, чаще всего именно они являются прецедентными онимами, широко известными, могут быть использованы метафорически, вызывают у читателя культурно и социально обусловленные ассоциации.

Описание практического материала было произведено на базе традиционного разделения топонимов по нескольким критериям:

1. Реальные/окказиональные. В публицистическом тексте топонимы используются преимущественно для создания отражения реального пространства, поэтому здесь преобладают реально функционирующие онимы, однако с целью эмоционального воздействия на адресата, привлечения его внимания могут быть использованы и окказиональные образования.

2. Макротопонимы/микротопонимы. Как уже отмечалось, в публицистическом тексте предпочтение отдается макротопонимам, поскольку они, кроме указания на конкретный объект, могут привносить элемент дополнительной экспрессии благодаря актуализации культурно обусловленных устойчивых ассоциаций. Но микротопонимы также требуют рассмотрения, так как наличие доступной для интерпретации внутренней формы может влиять на их семантический потенциал.

3. Разделение топонимов по функциональным классам. Как уже отмечалось, для лингвистического анализа топонимов наиболее показательными являются хоронимы, ойконимы, гидронимы, оронимы. Представители прочих классов крайне редко попадают в данный тип текстов.

По результатам исследования может быть построена следующая классификация топонимов в публицистическом тексте:

топонимы

–  –  –

Перейдем к подробному рассмотрению каждого класса.

2.2.1. Реальные топонимы Рассматривая класс реальных топонимов, следует отметить, что в публицистическом тексте данная группа имен собственных сохраняет тесную связь с денотатом.

В качестве рабочей гипотезы предположим, что основная их функция – идентифицирующая, отвечающая за правильное определение пространственных координат и локацию действия.

Благодаря семантике реально существующих онимов, их интегральной семе и видовым семам автор может сообщать определенные свойства отражаемому в тексте пространству без дополнительных пояснений.

Семантика каждого конкретного класса топонимов направлена на отражение тех или иных свойств пространства.

Хоронимы Как и все остальные топонимы, хоронимы имеют в своей семантике интегральную сему «пространство». Для публицистического текста важно наличие видовых сем «протяженность», «ограниченность», которые позволяют отразить дискретность, конечность, трехмерность, неразрывную связь с конструирующими пространство вещами, а также потенциальную возможность растяжимости (изменения соотношения «свое – чужое») и осязаемости наполняющих его объектов.

Среди хоронимов особый статус принадлежит топониму la Terre.

Особенность его семантики состоит в том, что, имея только один денотат, данный оним, в зависимости от контекстуальных актуализаторов, может относиться к хоронимам или к космонимам (названия небесных тел), эти значения образуют полисемную структуру, которая не распространена среди топонимов, используемых с целью индивидуализации: Quand et comment la Lune est-elle ne?

On prsume qu'au moment o la Terre se formait (Le Figaro, 05/12/2013). В данном примере актуализируется и выходит на первый план видовая сема «планета», так как в ближайшем контексте присутствует еще один топоним la Lune. Этот оним способствует запуску механизма категоризации, который помещает оба ИС на один уровень и присваивает им общий категориальный признак – «астрономический объект».

В другом примере топоним la Terre функционирует как хороним: Mais il y a encore quelques endroits sur Terre o les organismes n'ont pas changer, et c'est l'un d'entre eux (Le Figaro, 19/04/2013). В данном случае категориальный признак «космический объект» уходит на второй план, актуализируется видовая сема «жизненное пространство». Кроме того, ближайший контекст актуализирует потенциальную сему топонима «экологические проблемы»: оборот il y a encore quelques endroits sur Terre является клишированным, используется чтобы подчеркнуть распространенность какого-либо явления, противоположного описываемому, именно на нем строится определенный эффект противопоставления.

Рассматривая такую особенность употребления топонима la Terre, можно на конкретном примере убедиться, что оним имеет тенденцию к расширению значения. Если рассматривать оним в динамике, то к нему применимо суждение Р. З. Гинзбурга, который утверждает, что, обращаясь к многозначным словам, мы сталкиваемся не с отдельными значениями, а с проблемой их взаимосвязи и взаимозависимости. В историческом срезе мы имеем дело с процессом роста и развития семантической структуры слова [A Course in Modern English Lexicology, 1979, c. 33–51]. Получается, что развитие техники, давшее возможность расширить границы экстралингвистической реальности, привели к расширению семантики лексической единицы.

Использование топонима la Terre в различных контекстах способствует обогащению его семантики коннотативными и потенциальными семами, а также появлению у него вторичных функций благодаря актуализаторам: Trois spationautes sont revenus sur Terre lundi aprs une mission de 166 jours, ramenant la torche olympique russe qui a fait une sortie historique dans l'Espace, trois mois des jeux de Sotchi, dans le sud de la Russie (Le Figaro, 11/11/2013). Здесь топоним также выполняет свою первичную функцию индивидуализации, придавая сообщению информативную емкость и фактологичность. Вместе с тем, в данном примере актуализируется сема «растяжимость» пространства и его членение на «свое/чужое». Топоним вербализует концепт «свое». Актуализаторы в контексте – глагол revenir, существительное mission, обладающие общей семой «движение», показывают динамику существования пространства во времени и возможность перехода составляющих концепта «чужое» в поле «свое».

Использование топонима la Terre в сочетании с апеллятивной лексикой семантического поля «космос» – spationautes, une sortie, l'Espace – служит для выполнения вторичной функции привлечения внимания читателя. Упоминание топонимов Sotchi, la Russie осуществляет функцию переключения временного и событийного контекста. В итоге это способствует закреплению за сообщением оценочной характеристики «значимость», «масштабность» события, именно топонимы в данном примере отвечают за организацию связной структуры сообщения, за документализм и эмоциональную окраску.

Особое место среди хоронимов для франкоязычной культуры занимает хороним France. И именно он является точкой отсчета антропоцентричной модели мира для данной культурно-социальной общности.

France Использование топонима может служить преимущественно информативной цели: 50 000 enfants disparaissent chaque anne en France (L’Express, 10/01/2014).

Но топоним может обогащаться дополнительными значениями, его первичное значение, четкое и ограниченное, расширяется за счет семантического потенциала, скрытого в коннотациях, фоновой культурной информации, которую топоним способен актуализировать в сознании носителя языка [Голомидова, 2003, с. 110]. Параллельно топоним начинает выполнять еще и вторичную функцию – привлечение внимания. В результате топоним отражает не только диктумную составляющую пространства публицистического текста, но и наделяет его модусным компонентом.

В публицистическом тексте топоним France несет определенную концептуальную нагрузку.

Он вербализует концепты «Родина» и «Государство», которые постоянно связываются с концептом «свое»: Belle ide de la France :

blanche, masculine, htrosexuelle, hante par une pulsion dominatrice et – on le comprend plus loin – assige par l’ennemi musulman (L’Humanit, 17/12/2013). В данном примере концепты «свое» и «Родина» тождественны. Они вербализованы лексемами, которые отражают базис западного общества: blanche, masculine, htrosexuelle, dominatrice. Также автор использует семантический потенциал прилагательного belle для создания качественной оценочной характеристики, которая, опираясь на коннотативные положительные оценочные семы топонима, создает ироничное противопоставление желаемого образа и реальности.

Концептам «свое» и «Родина» противопоставляется концепт «чужое», который вербализуется лексемами со значением «вражда», «захват»: assige, ennemi. Употребление прилагательного musulman в подобном окружении способствует его семантической контаминации указанными потенциальными семами. Частое употребление прилагательного musulman в публицистических текстах с подобной социально-политической тематикой способствует его отнесению к полю концепта «чужое» и закреплению отрицательных оценочных компонентов значения.

Концепт «Государство» вербализуется топонимом France в текстах политической и экономической направленности: La dette de la France n'inquite pas les marchs... pour le moment (Nouvel Observateur, 25/05/2012). В поле этого концепта входят характерные для такой тематики термины: marchs, dette.

France Кроме закрепившихся характеристик, топоним может актуализировать потенциальные семы с несвойственными ранее значениями:

заголовок La France, nouvel eldorado du tourisme mdical (Marianne, 07/08/2012) показывает, что топоним употребляется здесь для привлечения внимания и выполняет также оценочно-характеризующую функцию. Использование eldorado, мифонима который здесь полностью утратил статус имени собственного, запускает механизм поиска всех культурно обусловленных ассоциаций с ним связанных. Лексема eldorado благодаря переходу в статус апеллятива и предшествующему данному переходу функционированию как прецедентное ИС закрепила за собой тезаурусную информацию «страна сказочных богатств» и используется уже не для индивидуализации объекта или его позиционирования, а для его качественной характеристики. Построение метафоры способствует переходу этой информации с апеллятивной единицы на топоним France, что дает возможность обогатить семантику онима окказиональным значением.

Ряд окказиональных значений является открытым, так как они могут отражать присущий объекту колорит, некоторые из них не получают широкого употребления и остаются окказиональными, другие из окказиональных переходят в коннотативные и закрепляются в семантической структуре слова.

Переходя к описанию прочих хоронимов, можно отметить, что в большинстве случаев они выполняют идентифицирующую функцию, т.е.

отвечают за расстановку пространственных координат действия или фоновую функцию: Facebook a reu au total plus de 25 000 demandes de donnes depuis dbut 2013, dont plus de la moiti manent des Etats-Unis (Libration, 27/08/2013).

Основной смысл высказывания сосредоточен в главном предложении, топоним употребляется в придаточном для уточнения. Он не несет на себе дополнительной функциональной нагрузки, кроме своего прямого значения.

Данная группа онимов может вербализовывать концепт «чужое»:

Angleterre-France: Les meilleurs ennemis (La dpche, 11/07/2012). Использование двух хоронимов является примером эксплицитного выражения концептуальной оппозиции «свое/чужое». Противопоставление двух хоронимов основывается на скрытых, культурно обусловленных актуализаторах, которые, с одной стороны, выделяют сему «напряженность», с другой – «неразрывность». Противоречивый характер коннотативных компонентов семантики топонимов подчеркивается использованием оксюморона в сочетании meilleurs ennemis. Лексема ennemi относится к ядерной зоне концепта «чужое», но положительная оценка, заложенная в эпитете meilleurs, который является превосходной степенью прилагательного и, следовательно, говорит о наивысшем проявлении признака, несколько нейтрализуют негативную оценку, связываемую со значением «враг».

Противопоставление топонимов, вербализующих концептуальную оппозицию «свое/чужое», кроме идентифицирующей, выполняет и оценочнохарактеризующую функцию. Использование в контексте стилистической фигуры (оксюморон) служит для привлечения внимания и создания добавочной экспрессивности.

Хоронимы вербализуют также концепт «тяжелые условия», в основном благодаря ассоциациям, основанным на стереотипах: Un homme de 51 ans a t tu par un ours affam venu chercher de la nourriture prs d'un village en Sibrie, a indiqu vendredi la police locale dans un communiqu (20 minutes.fr, 02/08/2013).

Топоним Sibrie сам по себе является прецедентным именем, но его наполнение коннотативной семантикой «смерть», «каторжные условия жизни» относится к другой исторической эпохе, хотя до сих пор дает о себе знать. Стереотипные представления, заложенные в семантике онима, актуализируются благодаря сочетанию лексем tu, ours, affam, которые отражают наивные представления Запада о России. В данном случае использование прецедентного онима автором имеет своей целью не только документализм, но и привлечение внимания читателя к нестандартной новости. Указание на источник сообщения la police locale также добавляет оттенок фактологичности, указывая на его правдивость и подлинность сообщения.

Наряду с расширением семантики онима возможно ее сужение из-за актуализаторов, присутствующих в контексте: Raymond Depardon prsente «sa»

France la Bibliothque nationale de France (le Point, 30/09/2010). В данном примере нарушается свойство, характерное для ИС: масштаб онима обычно равен

1. Но наличие притяжательного прилагательного sa, модифицирует семантику топонима, так как он актуализирует коннотативные и потенциальные семы значения, свойственные речевому употреблению конкретного носителя языка, т.е.

из всего множества возможных дополнительных значений выбраны несколько, присущие образу, закрепившемуся в сознании одного человека. Искусственно созданная тавтология «sa» France/Bibliothque nationale de France только подчеркивает разницу между семантическими компонентами (индивидуальными и общедоступными) одного и того же онима.

Отличительной чертой функционирования топонима в публицистическом тексте является возможность его употребления вместо другого класса имен собственных. В таких случаях речь идет о полисемии топонима, так как имеет место акт вторичной номинации, в основе которого лежат ассоциативные связи.

Подобные номинации характерны для спортивных репортажей (топоним используется для обозначения национальной спортивной команды) и политических обзоров (топоним принимает значение «делегация», «правительство»), этот прием используют средства массовой информации для именования основных теле- и радиоканалов или ведущих печатных изданий:

Aujourd’hui, il est le hros de la soire qui a envoy la France au Brsil grce son improbable doubl (20 minutes, 20/11/2013). Оба онима подвергают изменениям свою семантику, связь с первичным денотатом утрачивает свою актуальность.

Появляются семантические связи с новым объектом номинации.

Функционирование второго значения определяется контекстом, отсылающим к необходимой тематике. В подобном употреблении онимы выполняют две функции. Во-первых, указывают на конкретный объект, который уже не связан с топонимией, во-вторых, обладают свойством добавочной экспрессивности.

Существование и многочисленное использование топонимов для вторичной номинации в публицистическом тексте вызвано стремлением, с одной стороны, к экономии языковых средств и емкости высказывания, с другой, необходимостью добавления экспрессивного компонента и эмоционального воздействия.

Неординарный пример функционирования топонимов в публицистическом тексте связан с их атрибутивным использованием: Cinma. Qualit France (Marianne, 03/08/2013). Приведенный пример является заголовком статьи. Здесь топоним выполняет в первую очередь оценочно-характеризующую функцию, нетипичная синтаксическая конструкция также имеет своей целью привлечение внимания читателя, тем более, она использована в заголовке. Структурная иерархия онима, употребленного в атрибутивном качестве, претерпевает изменения: смысловой акцент переносится с интегральной и видовых сем на коннотативные, культурно обусловленные компоненты значения. Оним из идентифицирующего превращается в характеризующий, приближаясь в своем употреблении к апеллятивной лексике.

Анализ функционирования хоронимов позволяет сделать вывод, что в публицистическом тексте параллельно используются два их свойства: во-первых, указание на конкретный объект, во-вторых, создание добавочной экспрессивности. В публицистическом тексте основной функцией хоронимов является идентификация. Но их прагматический потенциал находит отражение во вторичных функциях: оценочно-характеризующей и привлечения внимания.

Хоронимы служат для отображения пространства, конструируемого не отдельным индивидом, а социальной общностью, что находит отражение в присущей им характеристике «значимость, масштабность».

Функционирование хоронимов в публицистическом тексте связано с вербализацией важных, социально ориентированных концептов «Родина», «Государство», которые являются частным вариантом выражения концепта «свое», образующим диалектическое единство с концептом «чужое», а также основанного на географических стереотипах концепта «трудности».

В то же время семантика хоронимов имеет способность к расширению, и к редукции значения. Ведущая роль в семантических трансформациях хоронимов принадлежит контексту, который способен из всего множества потенциальных значений актуализировать необходимые в данном текстовом пространстве.

Ойконимы Авторы публицистических текстов постоянно прибегают к использованию ойконимов, так как они являются прототипом для всех прочих классов антропоцентрического пространства. Объект, обозначаемый ойконимом, обладает всеми свойствами, характерными для пространства: трехмерность, дискретность, осязаемость, неразрывная связь с конструирующими его вещами, конечность, растяжимость, антропоцентричность.

Семантическая структура ойконимов представляет собой открытое множество, которое постоянно пополняется за счет актуализации новых контекстуальных и потенциальных сем.

Частотность и семантическая совместимость с различной тематикой обогащают тезаурусную информацию и культурно обусловленные ассоциативные связи.

Такой семантический потенциал ойконимов способствует их использованию не только для индивидуализации или идентификации объекта, но и во вторичных функциях, направленных на создание добавочной экспрессии текста и актуализации скрытых смыслов.

Среди ойконимов специфическими значениями обладает топоним Paris, в нем вербализуется несколько концептов, которые способны транслировать как положительную, так и отрицательную оценку.

В подавляющем большинстве случаев оним Paris используется в своей первичной функции индивидуализации для создания информативной составляющей текста: Franois Hollande a annonc ce mardi la libration du prtre franais, enlev mi-novembre dans sa paroisse. L'homme est attendu mercredi matin Paris (Nouvel Observateur, 31/12/2013). Даже будучи использованным в качестве идентифицирующей единицы, необходимой для документализма и фактологичности текста, ойконим Paris вербализует концепт «свое». Сочетание лексем libration, attendu и Paris создают положительный эмоциональный фон и вербализуют концепт «свое», который имплицитно связан с концептом «Родина».

Ойконим Paris также вербализует политический концепт «борьба»:

Manifestations Paris contre l'levage industriel. Plusieurs dizaines de militants associatifs et syndicalistes agricoles se sont rassembls aux abords de l'Assemble nationale aujourd'hui Paris pour dnoncer l'industrialisation «croissante» de l'levage en France (Le Figaro, 07/01/2014).

Данный концепт вербализуется благодаря наличию в семантике ойконима культурно-обусловленной семы «борьба, революция», актуализация которой поддерживается контекстом:

лексемы manifestations, contre, dnoncer, rassembls также относятся к указанному семантическому полю.

Использование онима l'Assemble nationale является скрытым культурным актуализатором, так как именно Ассамблее принадлежит последнее слово в принятии новых законов. В данном случае борьба идет за правильное, с точки зрения митингующих, решение Ассамблеи.

В тоже время ойконим Paris вербализует концепт «культура» в аспекте противопоставления «столица/провинция». Причем в публицистическом тексте находит отражение преимущественно ее современное проявление: Nabilla, star de la tl-ralit rendue clbre par le dsormais culte "Non, mais, all, quoi !", a fait son show mercredi Paris sur le podium de Jean Paul Gaultier, qui l'avait invite dfiler pour sa collection haute couture (Le Point, 04/07/2013).

В семантике топонима Paris заложена потенциальная сема «столица моды», которая в данном контексте актуализируется благодаря лексике соответствующего семантического поля:

podium, dfiler, collection, haute couture. Антропоним Jean Paul Gaultier выступает в роли скрытого актуализатора, также аллюзивно отсылая к миру моды как искусства. Использование заимствованной лексики star, tl-ralit, culte, show имеет своей целью не только информативность сообщения, но и привлечение внимания, так как использование подобных единиц дает имплицитную качественную оценку событию для посвященных, актуализируется потенциальная сема «модно». Происходит многократное повторение и усиление одного и того же значения, что способствует созданию дополнительной экспрессии данного текста.

Если говорить о прочих ойконимах, то кроме концепта «чужое», они могут выражать особенности местного колорита: Un beau gosse chez Ct Vin. Primo, parce que c’est super bien plac. Ensuite, parce que les plus beaux garons s’y donnent rendez-vous. Enfin parce que vous n’avez srement jamais got un croque-monsieur de canard arros d’un vrai bon Rioja, le tout Toulouse et au son des Doors ! 37, rue Boulbonne. Tl. : 05 34 44 95 89 (Le Figaro Madame, 27/09/2011). На данном примере можно наблюдать актуализацию потенциальных сем «хорошая кухня», «развлечения», которые способствуют появлению семы положительной оценки.

Все эти семы актуализируются контекстом: использование превосходной степени сравнения прилагательного les plus beaux, усилительной частицы super и отрицательного оборота ne jamais, подкрепленного вводным словом srement, показывающим личное отношение – все это позволяет ойкониму выполнять не только информативную, но и оценочно-характеризующую функцию.

Анализируемая статья относится к рубрике Plus de “ides week-end”, поэтому резюмирующая фраза le tout Toulouse et au son des Doors ! выполняет еще и функцию переключения пространственного, временного и событийного контекста.

Ойконимы транслируют качественную характеристику жителей (в результате метонимического переноса) или уровень их благосостояния: Marseille... n'a pas de banlieues sensibles comme en rgion parisienne, mais des quartiers trs pauvres dans la ville.... «Celui qui habite Marseille a les mmes difficults socio-conomiques mais il a aussi une identit», rappelait Jean Viard, directeur de recherche aux CNRS, en rappelant la tradition d'immigration et de mtissage de la deuxime ville de France.... Marseille demeure une des villes les plus pauvres de France avec un revenu mdian «nettement infrieur celui de Lyon ou de Nice» (20 minutes.fr, 29/10/2006). Так выстраивается цепь из ойконимов, упомянутых в тексте Marseille – Lyon – Nice – Paris. Потенциальные семы онима Marseille актуализируются благодаря поддержке контекста, в котором широко представлены единицы семантического поля «бедность и социальная напряженность»: pauvres, difficults socio-conomiques, immigration, nettement infrieur. Marseille – Lyon, Nice Противопоставление дает возможность актуализации у двух последних потенциальной семы «достаток, стабильность».

Употребление газетного клише banlieues sensibles также способствует, с одной Paris стороны, появлению в семантике топонима потенциальной семы «социальная напряженность», с другой стороны, лексема banlieues способствует выявлению концептуальной оппозиции «столица – провинция», несколько нейтрализуя негативное значение.

Подобно хоронимам, ойконимы могут подвергаться полисемии на базе метонимического переноса. Так, отличительной чертой ойконимов, обозначающих столицы, является способность отсылать к значению «правительство»: Iran: Paris fait les yeux doux Riyad pour une histoire de gros sous (Marianne, 26/11/2013). Здесь же наблюдается прием антропоморфизма – использование устойчивого оборота faire les yeux doux, что также способствует отсылке к указанному значению.

Как и для хоронимов, возможно употребление ойконима для именования спортивной команды: Dsquilibr sur le papier, le duel entre Lyon et Tours aura finalement offert un superbe spectacle aux plus de 3800 spectateurs runis dans le grand palais des sports de Gerland (Le Figaro, 12/01/2014). С тем отличием, что хороним обычно обозначает национальную сборную, а ойконим местную команду.

Использование вторичной номинации позволяет использовать ойконимы для обозначения транспортных путей (ойконим выступает в функции дромонима) или названия маршрутов: Selon un rapport d’experts publi vendredi, un rail fissur est l’origine de la dfaillance des appareils de voies qui ont caus le draillement du Paris-Limoges (Le Parisien, 11/01/2014). Подобное употребление становится возможным только в контексте, содержащем лексемы, относящиеся к лексикосемантическому полю «транспорт», в данном случае rail, voies, draillement. В таком употреблении обязательной становится постановка артикля, которая ослабляет первичные семантические связи, в таком употреблении намечается процесс перехода онима в апеллятивную лексику, поскольку индивидуализирующее свойство онима ослабевает.

Возможность трансформации семантики делает возможным употребление ойконима в качестве именной части сказуемого: Nantes n'est pas Nice (Marianne, 12/09/2009). Окказиональное использование топонима в заголовке статьи, посвященной решениям в местном самоуправлении об отставках, говорит о перегруппировке сем ойконима Nice, где на первый план выходят потенциальные семы «преобразование» и «сдержанное обещание», актуализируемые экстралингвистическими ассоциациями и фоновыми знаниями. Топоним выступает в таком употреблении во вторичных функциях привлечения внимания и оценочно-характеризующей. Идентифицирующая составляющая семантики онима, представленная интегральной и видовыми семами нейтрализуется, на первое место выходит характеризующая составляющая, таким образом, имя собственное по свойствам утрачивает индивидуализирующий характер, его функционирование приближается к модели апеллятива.

Анализ функционирования ойконимов в публицистическом тексте показывает, что они, также как и хоронимы, могут использоваться в основной идентифицирующей функции, отвечать за документализм и фактологичность текста. Но вместе с тем у ойконимов выделяются и вторичные функции, конструирующие экспрессивность текста (привлечение внимания, оценочнохарактеризующая, переключение временного и событийного контекста). Важной задачей ойконимов в тексте является вербализация концептуальной оппозиции «свое/чужое», концепта «культура». В семантике ойконимов, употребленных в публицистических текстах, актуализируются коннотативные и потенциальные семы. Они являются адгерентными характеристиками, обусловленными, закрепленными в общественном сознании культурными ассоциациями и относятся к посттопонимическому значению онима.

Способность семантики топонимов к образованию новых компонентов в конечном счете приводит к полисемии некоторых ойконимов, которые используются для вторичной номинации.

Гидронимы Для формирования класса гидронимов категориальным признаком является «наличие воды». Семантика данного класса имен собственных во многом опирается на свойства этой материи.

Кроме интегральной семы «пространство» и видовой семы «вода»

гидронимы могут актуализировать потенциальную сему «катастрофа», связанную с выражением отрицательной оценки. Вероятнее всего, такой компонент значения появился из-за непредсказуемости и неподвластности водной стихии человеку.

Актуализация данной потенциальной семы приводит к вербализации гидронимами концепта «опасность»: «Le tsunami aurait ject dans l'ocan Pacifique au minimum l'quivalent de 3.200 annes de dchets rejets en mer par le Japon en situation de routine» (20 minutes.fr, 10/03/2013). Актуализация указанных сем происходит из-за актуализатора tsunami – лексемы, также имеющей в своей семантике дополнительные компоненты значения «опасность», «катастрофа».

Точные статистические данные приведены для привлечения внимания читателя к масштабу проблемы и для оказания на него сильного эмоционального воздействия. Наблюдается противоречие между внутренней формой гидронима Pacifique и его потенциальной семантикой. Такой контраст может использоваться для создания добавочной экспрессивности.

Актуализация потенциальных сем топонима может способствовать созданию языковой игры: Lampedusa: rves briss en Mditerrane. Lampedusa (Italie), envoy spcial. Plus de 15.000 migrants sont arrivs Lampedusa depuis le dbut de l’anne, et 30.000 au total sur les ctes italiennes. Les rescaps du naufrage du 3 octobre attendent toujours d’tre transfrs vers d’autres centres d’accueil (L’Humanit, 18/10/2013). На данном примере видно, что топоним в сочетании с причастием briss находится в центре языковой игры и объединяет два семантических плана – «кораблекрушение», представленное лексемами rescaps и naufrage, и «несбывшиеся мечты», в который входят migrants, centres d’accueil, rves. Наложение двух семантических слоев приводит к созданию метонимического переноса, конструирует элемент эмоционального воздействия на адресата и приводит к переключению событийного контекста.

С другой стороны, гидронимы способны актуализировать потенциальные семы, которые связаны с положительной оценкой: vadez-vous le temps de vacances bien mrites au Sifawy Boutique Hotel, une oasis de beaut au bord de l’eau turquoise de la mer d’Arabie…(Le Figaro Madame, 13/11/2012) Положительная оценка создается посредством контекста: vacances, oasis, beaut, turquoise.

Контекст может полностью поменять коннотативное значение онима, что становится очевидным, если сравнить дополнительные компоненты значения топонимов l'ocan Pacifique, Mditerrane, la mer d’Arabie. Если для первых двух создать контекст, в который будут входить те же единицы с положительной оценкой, семантика топонима адаптируется под это значение.

Гидронимам присуща потенциальная сема «граница»: Le feu vert des ministres des Affaires trangres, runis Bruxelles lundi, est attendu pour l'envoi d'environ 500 soldats europens.... Un message venu de l'autre ct du Rhin confirme cette intuition (Le Parisien, 18/01/2014). В данном примере актуализация семы граница происходит благодаря ставшему устойчивым сочетанию de l'autre ct dе, употребляемому вместе с топонимом. Кроме того, гидроним функционирует в составе перифразы, отсылающей к хорониму l’Allemagne.

Скрытые актуализаторы, которыми в данном случае являются фоновые знания индивида, также способствуют актуализации указанной потенциальной семы.

В публицистическом тексте встречается использование гидронимов, ставших нарицательными: Le Conseil suprieur de l’ducation a rejet hier le projet de dcret instaurant la semaine de 4,5 jours la rentre prochaine. Les syndicats parlent d’un texte «bricol» et «incomplet». Berezina pour la rforme des rythmes scolaires? (L’Humanit, 08/01/2013) Использование гидронима Berezina не связывается с его первичным значением, топоним имеет культурно обусловленный компонент значения, коннотативную сему «сокрушительное поражение». Ассоциативные связи поддерживаются контекстом, лексемы rejet, texte «bricol» et «incomplet также вербализуют концепт «неудача». В данном случае гидроним используется как прецедентное имя, не выполняет свою первичную функцию идентификации, он полностью становится оценочнохарактеризующей единицей.

Стремление онима к переходу в имя нарицательное, выполняющее характеризующую функцию и обладающее экспрессией, подтверждается примерами, где меняется его орфография: En cas de brzina culinaire pour cause de volaille non cuite, le chef franais sait qu’il sera en premire ligne (Le Parisien Magazine, 17/10/2013). В некоторых текстах лексема уже не пишется с заглавной буквы, а также употребляется с прилагательными, сементически не сочетающимися с топонимами, например culinaire, politique, conomique.

Подобное функционирование показывает потенциальную возможность каждого онима к перегруппировке сем, нейтрализации интегральной семы «пространство»

и видовых сем, с последующим усилением роли коннотативного компонента значения.

С целью привлечения читательского внимания автор публицистического текста может употреблять оним в несвойственном ему контексте, актуализируя потенциальные семы, не свойственные топонимам: La Garonne livre ses mystres livrer ses mystres (20 minutes.fr, 16/11/2012). Употребление сочетания способствует созданию приема антропоморфизма. Такое использование топонима выполняет сразу две функции – указание на конкретный объект и создание добавочной экспрессивности.

Анализ функционирования гидронимов показывает, что, как и для ранее описанных классов хоронимов и ойконимов, в публицистическом тексте первичной для них является идентифицирующая функция. Но в контексте гидронимы способны актуализировать добавочные компоненты значения. Причем из уже рассмотренных классов на примере гидронимов ярче всего раскрывается стремление онимов к энантиосемии, способности актуализировать семы, связанные и с положительной, и с отрицательной оценкой.

Исследование выявило наличие прецедентных гидронимов, которые стремятся к переходу в класс имен нарицательных, что проявляется не только в их значении, но и в их формальных признаках – орфографии.

Оронимы В публицистическом тексте оронимы не являются таким же употребительным классом топонимов, как ойконимы, но их семантика тоже способна модифицироваться, актуализируя потенциальные семы. Некоторые оронимы обладают тезаурусной информацией, культурно обусловлены.

Для оронимов видовой семой является «высота». С понятием «высота»

связаны концепты «опасность», «недоступность», реализация которых опирается на свойства пространства – дискретность, растяжимость, трехмерность, осязаемость.



Pages:   || 2 | 3 |
Похожие работы:

«Аннотация к рабочей программе по литературе 10 класс. Рабочая программа по литературе для 10 класса создана на основе федерального компонента государственного стандарта среднего общего образования и способствует его реализации. В основу рабочей программы положена Примерная п...»

«ЗАВЬЯЛОВ ВИКТОР НИКОЛАЕВИЧ МОРФОЛОГИЧЕСКИЕ И СИНТАКСИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ОПИСАНИЯ СТРУКТУРЫ СОЮЗОВ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ Специальность 10.02.01 – русский язык Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора филологических наук Вла...»

«УДК 821.161.1 – 31 А. Т. Малиновский, кандидат филологических наук, доцент кафедры мировой литературы Одесского национального университета имени И. И. Мечникова, Французский бульвар, 24 / 26, г. Одесса, 65058, Украина, тел.: (048)746-56-97, malinovsky.artur@yandex.ua К ОД...»

«Михаил Беркович БОЛЬШОЙ КАНЫМ И ВЛАДИМИР ВЛАСОВ Рассказ В самом центре Кузнецкого Алатау сразу же после Отечественной войны съемщики подсекли, выражаясь их языком, перспективное железорудное месторождение. В то время даже на поисковую разведку не находилось ни сил, ни средств. И осталась терри...»

«ФИЛОЛОГИЯ 83 свящ. А. Агапов ЦЕРКОВНОСЛАВЯНСКИЙ ЯЗЫК В СОВРЕМЕННОМ БОГОСЛУЖЕНИИ. УСТНОЕ ВОСПРОИЗВЕДЕНИЕ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА. ВАРИАНТЫ ПОДХОДОВ К ПРОБЛЕМЕ ПОНЯТНОСТИ Отношение к проблеме понятности богослужебного текста и к способам ее решения...»

«МИРОНОВА Марина Александровна Эвфемизмы в современных российских СМИ ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА по направлению "Журналистика" (научно-исследовательская работа) Научный руководитель – кандидат филологических наук, старший преподаватель Ю. М. Коняева Кафедра...»

«Лагута Нина Владимировна БЫТИЙНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ В РУССКИХ ГОВОРАХ ПРИАМУРЬЯ: СТРУКТУРА, СЕМАНТИКА, ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ Специальность 10.02.01 – русский язык Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук ТОМСК 2004 Работа выполнена на кафедре русского языка...»

«Кризская Татьяна Владимировна ЯЗЫК ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРОЗЫ К.Д. ВОРОБЬЕВА Специальность 10.02.01 – русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Курск – 2009 Работа выполнена в Курском государственном университете доктор филологических наук, профессор – Научный ру...»

«Вот это помощь! — Практические примеры применения репатриантами с Сахалина услуг в рамках страхования по уходу — По-видимому, среди репатриантов немало таких, кто о системе страхования по уходу знает мало, в чём заключаются ее услуги, представ...»

«ВОПРОСЫ ЯЗЫКОЗНАНИЯ Л" 1 1989 МАТВЕЕВ А. К. СУБСТРАТНАЯ МИКРОТОПОНИМИЯ КАК ОБЪЕКТ КОМПЛЕКСНОГО РЕГИОНАЛЬНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ Дискуссия о происхождении субстратной топонимии (СТ) Русского С е в е р а, к о...»

«221 Николенкова Наталья Владимировна Кандидат филологических наук, доцент Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова Доцент кафедры русского языка филологического факультета natanik2004@mail.ru (+7)9163040396 ГРЕЦИЗМЫ В ЦЕРКОВНОСЛАВЯНСКОМ ПЕРЕВОДЕ ЛАТИН...»

«ПАО "МТС" Тел. 8 800 250 0890 www.arkhangelsk.mts.ru Посекундный Посекундная тарификация вызовов Федеральный номер / Авансовый метод расчетов Тариф открыт для подключения и перехода с 10.02.2015 Получайте баллы МТС Бонус и обменивайте их на бесплатные минуты, SMS и другие вознаграждения (1 ба...»

«Грекова Инга Валерьевна ЭВОЛЮЦИЯ АГИОГРАФИЧЕСКОГО ЖАНРА В ФУНКЦИОНАЛЬНО-СТИЛИСТИЧЕСКОМ АСПЕКТЕ Специальность 10.02.01 – русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Кемерово 2014 Работа выполнена на кафедре русс...»

«С2.1. Сочинениерассуждение на лингвистическую тему I. Общая информация КАКИЕ ТЕМЫ МОГУТ БЫТЬ? Объяснение языковых явлений (разбор текста ): Сочинение – рассуждение С2.1. – это ВСЕГДА объяснение фразы известного лингвиста Г. Степанова: – "Словарь языка с...»

«Стили РЯ Brainforest.jimdo.com vk.com/brainforest Определите стиль текста Семиотика раздел семиотики и логики, исследующ ий отношение языковых выражений к о бозначаемым объектам и выражаемому содержанию. Семантиче ская проблематика обсуж...»

«Свечкарева Яна Владимировна ДЕРИВАЦИОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ НОМИНАЦИЙ ВРЕМЕН ГОДА В ДИНАМИЧЕСКОМ АСПЕКТЕ (на материале русского языка XI – XX вв.) Специальность 10.02.01 – русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени к...»

«НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ Серия Гуманитарные науки. 2011. № 24 (119). Выпуск 12 13 УДК 82-1 ЛИТЕРАТУРНО-КРИТИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПЛ. ВЯЗЕМСКОГО 1840-Х ГОДОВ В статье рассматривается литературно-критическая деятельность В. В. Липич П.А. Вяземского периода 1840-х годов. Основное внимание сосредото­ К. С. Позднякова чено на двух...»

«Кудрявцева Е.Л. ОНЛАЙН-ТАНДЕМЫ КАК ПУТЬ СОЗДАНИЯ РЕАЛЬНОЙ КОММУНИКАТИВНОЙ СРЕДЫ: ОТ КОНЦЕПЦИИ К УЧЕБНИКУ Ключевые слова: тандем присутствия, онлайн-тандем, неформальное обучение, неформальное самообразование, Европейский языковой портфель, коммуникативная компетенция, учебная само-(Я-)ком...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации ГОУ ВПО "Хакасский государственный университет им. Н. Ф. Казанова Институт саяно-алтайской тюркологии и восточных языков АКТУ...»

«1 11. Информационные системы. Основные назначения. Структура информацинных систем. Классификация информационных систем.12. Классификация и обзор языков программирования. Понятие "язык программирования". Классификация языков программирования. Компиляторы и интерпретаторы....»

«выбора компонентов, ярко проявляющиеся денотативные и коннотативные аспекты семантики ставят перед ономастикой задачи описания и классификации ономастико­ семантических парадигм и моделей. Алефиренко Н. Ф. Фра...»

«Опубликовано в "Вопросах языкознания", 2003, № 4, с. 43-71. Н. В. Перцов Возвратные страдательные формы русского глагола в связи с проблемой существования в морфологии Nothing is such an...»

«Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования "Московский государственный институт международных отношений (университет) Министерства иностранных дел Российской Федерации" ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ В МГИМ...»

«Общая характеристика работы Актуальность исследования. Сравнительное изучение монгольских языков все еще находится на одном из начальных этапов своего развития. Не­ смотря на то, что сравнительные грамматики монгольских языко...»

«№ 5/13787–5/13788 16.02.2004 РАЗДЕЛ ПЯТЫЙ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПРАВИТЕЛЬСТВА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ И РАСПОРЯЖЕНИЯ ПРЕМЬЕР МИНИСТРА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ ПОСТАНОВЛЕНИЕ СОВЕТА МИНИСТРОВ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 4 февраля 2004 г. № 124 5/13787 О признании утратившим...»

«ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕР. 9. ФИЛОЛОГИЯ. 2011. № 1 И.А. Зайцева "ПОЭМА НАШЕГО ВРЕМЕНИ" (роман М.Ю. Лермонтова и поэма Н.В. Гоголя в эстетической концепции С.П. Шевырева) В статье рассматриваются две рецензии Шевырев...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Филологический факультет Кафедра английской филологии и перевода КЛЕМЯТО Анастасия Дмитриевна ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ СЕМАНТИКА ОЦЕНОЧНЫХ ВЫСКАЗЫВАНИЙ МИКРОБЛОГА TWITTER Магистерская диссертация Научный руководитель: д....»

«Электронный журнал "Язык и текст langpsy.ru" E-journal "Language and Text langpsy.ru"2015. Том 2. № 4. С. 22–29. 2015, vol. 2, no. 4, pp. 22–29. doi: 10.17759/langt.2015020403 doi: 10.17759...»








 
2017 www.kniga.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.